Рахимов Х. Р.  
“Основы лингвистических исследований”
Текст лекций
1-лекция
 Цель и задачи специального курса “Основы лингвистических исследований” (вместо предисловия)

План:
1.	Цель спецкурса “Основы лингвистических исследований”.
2.	Задача спецкурса “Основы лингвистических исследований”.
3.	Содержание спецкурса “Основы лингвистических исследований”.
4.	Значение спецкурса “Основы лингвистических исследований” в системе подготовки учителей-бакалавров по филологическим дисциплинам.
Литература:
1.	Арнольд И.В. Основы научных исследований в лингвистике. – М., Высшая школа.  1991. с. 3 – 5.
2.	Гецов Г. Рациональные приёмы работы с книгой. – М. Книга. 1975. с. 3 – 5.

     Увеличение вклада вузовской науки в решение задач общего прогресса страны и   повышение качества подготовки специалистов в высшей школе требуют единства научной и учебной работы студентов и усиления индивидуальной работы с ними. Масштабы научной работы в вузах в настоящее время значительно расширяются. Исследовательская деятельность студентов должна быть неотъемлемой частью учебного процесса. Высшая школа становится важной составной частью научно-исследовательского комплекса всей страны, поскольку ускорение научно-технического прогресса требует мобилизации всего интеллектуального потенциала народа, и, более того, поскольку высшая школа готовит специалистов для будущего, развитие науки в стенах вузов должно быть опережающим по сравнению с общим уровнем развития науки.
В соответствии с этим задачи настоящего спецкурса состоят в том, чтобы помочь студенту овладеть важнейшими процедурами современных лингвистических исследований, ознакомить его с возможными подходами к сбору и обработке фактического материала и использованию уже достигнутого в науке, ознакомить с требованиями, предъявляемыми к научному изложению и доказательности, и  заставить задуматься над этикой науки и долгом ученого.
Подлинная научная работа неотделима от повышения общего культурного уровня и развития духовной сферы личности.
Уже со студенческой скамьи необходимо развивать в себе не пассивно-потребительское отношение к науке, а привычку к самостоятельному творческому мышлению и потребность к постоянному систематическому пополнению и обновлению своих знаний, которую квалифицированный компетентный специалист проносит через всю жизнь. В высшей школе закладывается привычка к быстрой адаптации к новым достижениям науки, которая в дальнейшем позволяет специалисту стать проводником передовой научной мысли.
Развернуть и интенсифицировать научную работу студентов можно только при условии специального внимания к их профессиональной и компетентной готовности к исследовательской работе.
Осуществление этих задач требует рассмотрения целого комплекса проблем, которые и составляют предмет  настоящего спецкурса лекций.
В спецкурс включен и краткий обзор направлений и методов в современном языкознании. Основное внимание при этом уделяется преемственности в науке и тому, с какой целью были достигнуты те или иные результаты и какими методами они были получены. Научное исследование включает не только получение, описание и формулировку новых данных и концептов, но и представление их в такой форме, которую могли бы понять и проверить другие ученые, чтобы, убедившись в их полезности и в том, что они не повторяют уже известное, они могли бы применить их в собственной работе и развивать дальше.
Непременным условием для этого являются: умение найти нужную литературу, грамотно оформить библиографический аппарат, знать требования, предъявляемые к терминологии, и не засорять ее новыми наукообразными, но лишними словами, умение количественно обработать материалы, а иногда и графически наглядно их представить.
     В центре внимания спецкурса – филология, и в частности лексика, грамматика и стилистика английского языка и некоторые общие вопросы прагмалингвистики и семантики.  Вместе с тем в каждой научной области есть много вопросов, общих для науки и научного творчества вообще, их предстоит также учитывать.
     Изложение иллюстрируется в основном материалом английского языка, но это отнюдь не значит, что книга полезна только для студентов английских отделений. Она предназначена для лингвистов вообще. Предполагается, что филолог со знанием только одного языка - не филолог.
     Творческая исследовательская работа студентов должна стать органической частью всего учебного процесса, а это предполагает необходимость единой системы ее реализации. Избранная на первом курсе тема может быть затем продолжена на спецсеминаре и подсказать тему курсовой или даже квалификационной работы. Поэтому, хотя лекции по “Основам лингвистических исследований”  читаются студентам старших курсов, в них  учтены и интересы студентов,  делающих первые шаги в науке, с тем чтобы  помочь им и далее, в написании курсовых и дипломных работ. Подобные лекции охотно посещаются аспирантами и магистрами, и, по их словам, оказываются и им полезными
Содержание примеров соотносится с программами ряда дисциплин, читаемых на факультетах иностранных языков, таких, как введение в языкознание, лексикология, теоретическая грамматика и ряд других.
     Спецкурс “Основы лингвистических исследований” читается еще не во всех вузах и находится в процессе становления, но представленная в нем наука имеет уже давнюю историю.  Существует науковедение, изучающее научное творчество и историю науки.  В наше время возникла информатика, изучающая структуру и общие свойства научной информации. Много точек соприкосновения имеет науковедение с теорией библиотечного дела и другими дисциплинами.
     Настоящий спецкурс является только введением в большой мир совершенствования и формирования интеллектуальных умений, теорию и практику управления познавательной деятельностью, развитие творческой инициативы и улучшение организации умственного труда, который не может иметь пределов, как не имеет вообще пределов человеческое познание мира. 
     В свете последних решений правительства РУ о высшей школы содержание настоящего курса и данного учебного пособия особенно актуально, ибо здесь поставлена задача обеспечить повышение эффективности вузовской науки, существенный подъем теоретического уровня и актуальности выполняемых в вузах исследований, обеспечения опережающего развития фундаментальных изысканий, постоянного обогащения содержания учебных курсов новейшими достижениями науки.                     
Предусмотренное этими решениями формирование специалистов широкого профиля, сочетающих глубокие фундаментальные знания основ наук, высокую общую культуру, серьезную практическую подготовку, хорошее знание иностранного языка, богатую эрудицию и высокие личностные качества, требует самого пристального внимания к самостоятельной научной работе, которую желательно сочетать с работой по индивидуальным планам.
Мы будем часто обращаться к методике научных исследований диссертационного характера, поскольку в этой сфере подготовки молодых ученых уже накоплен большой опыт, который полезно перенести и на студенческие самостоятельные работы. Уровень работы не должен снижаться от того, что ее выполняет молодой человек. Упрощенчество, предложенное в вузе, снижает научный потенциал человека на всю жизнь.
Уровень научно-исследовательской деятельности в высшей школе, развитие навыков самостоятельного творческого мышления являются важным фактором, определяющим интеллектуальный научный потенциал и высоту духовного роста страны, компетентность ее кадров, и обеспечивают возможность и потребность для постоянного самостоятельного обновления своих знаний и быструю адаптацию в дальнейшем к изменяющимся условиям деятельности и развитию нового в науке. Молодые специалисты должны стать компетентными проводниками этого нового мышления.
Материалы спецкурса могут быть полезными также для магистрантов, аспирантов и докторантов всех филологических отделений вузов. В лекциях изложен и разъяснён основной понятийно-терминологический аппарат данного предмета. Эти материалы будут иллюстрированы на семинарских занятиях на примере конкретных выпускных и диссертационных работ.
     Объем тематики и текстов лекций будет зависеть от важности конкретной темы. Лекционный курс охватывает 20 часов, семинарским занятиям отведено 10 часов.
     Данный спецкурс составлен, в основном,  на основе учебного пособия “Основы научных исследований в лингвистике” проф. И.В. Арнольд, а также на материале рекомендованной нами научной и справочной литературы, приведённой в библиографии. По мере надобности в некоторых лекциях мы сочли необходимым изложить также наши незначительные изменения и соображения технического и методологического характера, а также некоторые факты из истории науки в Узбекистане.

Контрольные вопросы:
1.	Какую цель преследует данный спецкурс?
2.	О каких проблемах науковедения говорится в этих лекциях?
3.	Чем объясняется важность данного спецкурса для будущих специалистов?

Ключевые понятия:
1.	Лингвистика – учение о языках.
2.	Квалификационная работа – выпускная научно-исследовательская работа будущих
специалистов-бакалавров.
3.	Науковедение - учение о научном творчестве.
4.	НИРС – научно-исследовательская работа студентов.
5.	СНО – студенческое научное общество.

           2 -лекция
Обзор истории вопроса (ссылочный аппарат). Преемственность в науке. Этика.
План:
1.	Обзор истории вопроса.
2.	Ссылочный аппарат.
3.	Преемственность в науке.
      Литература:
1.	Арнольд И.В.: Основы научных исследований в лингвистике. - М., Высшая школа, 1991, с. 133-134.
2.	Гецов Т.: Рациональные приемы работы с книгой. - М., Книга.1975,с. 17-18.
3.	Логика и методология научного поиска, сборник статей, - М., 1986, с 6-9.

1. Как писать Историю вопроса?
После вводной части (введения) обычно сразу же в первой главе научных исследований целесообразно изложить историю изучения рассматриваемого вопроса.
Историю исследуемого вопроса следует доводить до современного периода, показывая при этом, что добавили последующие авторы к сделанному ранее, и стараясь установить приоритет и возникновение той или иной идеи. Располагать авторов желательно в хронологическом порядке. Цепочки типа: Ш. Балли, Аристотель, ЮД. Апресян, НД. Арутюнова, Ф. де Соссюр очень нежелательны. Самое новое - необязательно самое лучшее. Надо представлять себе, какой вклад внесли в науку такие ученые, как А.А. Потебня, И.А. Бодуэн де Куртенэ, Е.Д. Поливанов, Н.С. Трубецкой или Л.В. Щерба, и быть в состоянии указать тех, кто первым ввел в науку то или иное понятие, может быть, и под другим названием.
Историю вопроса надо давать как постепенное и последовательное раскрытие темы, а не как перечисление мнений, хотя последнее много легче. Не следует также подчеркивать расхождение в мнениях предшественников как доказательство актуальности темы и рассчитывать, что именно Ваше исследование положит конец расхождениям. Важно понять, в чем состоит неясность, порождающая разногласия. Вообще, чем больше исследуется вопрос, тем обычно и больше вероятность разногласий. Их отсутствие есть, скорее всего, признак догматизма. История вопроса должна быть такой же целенаправленной, как и библиография. В конце изложения истории вопроса следует привести концепцию, наиболее близкую к концепции автора, и пояснить, в какой мере автор с ней солидаризируется и почему и в чем он видит необходимость ее уточнения.
Как уже говорилось, в языкознании при единстве методологии существует довольно много методов, а в пределах этих методов - несколько школ, поэтому в истории вопроса нужно показать, к какому направлению и школе примыкает автор, как он включается в общий поток развития науки.
В случае использования концептуального аппарата других наук - математики, психологии и т.д. - желательно показать, кто из лингвистов первым обратился к их использованию и чьи работы использовал. Это поможет и Вашему читателю воспользоваться этим путем и, может быть, получить новые результаты и проверить Ваши. Проблема интеграции в пространстве и времени – в значительной степени проблема этическая. Нравственному воспитанию ученого необходима опора в истории науки - в неисчезающей памяти о тех, кто до нас занимался нашей наукой. Установление перспективы преемственности - долг ученого и существенная часть нравственного воспитания народа.
Новое, как известно, часто оказывается хорошо забытым старым. В самых новых направлениях - функциональной грамматике,  прагматике или теории текста - используются многие положения Пражского лингвистического кружка, концепции образа автора В.В. Виноградова и другие. Это важно знать. Вместе с тем следует иметь в виду, что глубина и степень детализации обзора литературы зависит от темы исследования, его задач, изученности объекта. Обзор и само исследование должны быть тесно увязаны.
2. Ссылочный аппарат. Как цитировать?
В истории вопроса и в обзоре литературы важно четко разграничивать свое и чужое и правильно пользоваться аппаратом ссылок и цитат. Так, например, некоторые совсем неопытные авторы, получив от руководителя перечень рекомендованной литературы, просто выписывают из нее все, что имеет отношение к занимающей их теме, переписывают целые страницы, даже не упоминая источника, заботясь только о некоторой связности и гладкости изложения. Плагиатом это назвать, пожалуй, нельзя, поскольку речь идет об учебном задании, но и ничего общего с научной работой это тоже не имеет, это - даже не конспект, а просто “списывание”. Конспект предполагает некоторую переработку, хотя бы в сторону сокращения, и указание источника. Умение составлять конспекты тоже нуждается в развитии и тренировке.
Другой тип нарушения принципа разделения “своего” и “чужого” называют “пасьянсом чужих мнений” по принципу “такой-то писал то-то, а такой-то - то-то”. Вместо обзора истории вопроса, раскрывающего развитие знаний, получается просто набор выписок, который может свидетельствовать о том, с какой литературой знакомился автор и с каким прилежанием, но не более.
Первый тип (“списывание”) говорит о безграмотности и недобросовестности. Во втором случае (“пасьянс”) начинающий несколько теряется при знакомстве с большой литературой и у него нередко создается некоторый комплекс неполноценности: вместо того, чтобы критически осмыслить прочитанное, он неуместно цитирует разных авторов, не решаясь высказать свою точку зрения, а иногда и не пытаясь ее сформулировать.
Такой подход никак не обогащает науку. Те, кто так поступают, забывают, что новизна исследования не может состоять в новом комбинировании уже написанного другими. Это называется компиляцией. Студенты нередко оправдывают неумеренное цитирование тем, что “лучше уже не скажешь”. Однако приводить такой аргумент значит расписываться в своей беспомощности. Кроме того, обилие цитат часто затрудняет чтение, приводит к стилистическому и терминологическому разнобою.
Еще одна причина неумеренного цитирования заключается в ложно понятой порядочности. Студент боится, как бы его не обвинили в плагиате, и считает также, что обилие цитат свидетельствует о большой начитанности. Между тем, научная этика требует большего, а именно правильного включения каждого нового исследования в общий поток движения науки, информационной полезности каждой работы и информационной полезности включения в нее только тех ссылок и цитат, которые этому включению способствуют.
Читателю надо дать возможность не только понять изложенное, но и самому при желании включиться и продолжать заинтересовавшую его тему, а для этого его надо правильно ориентировать. Автор должен иметь в виду не только свои личные интересы, но в первую очередь пользу для науки.
Злоупотребление цитатами - болезнь очень распространенная. А, между тем, цитата должна быть оправдана. Целесообразно, например, цитировать определения как для того, чтобы к ним присоединиться, так и для того, чтобы с ними поспорить. В большинстве случаев полезнее бывает пересказать чужую мысль своими словами и только сослаться на источник, что, конечно, не означает, что можно просто снять кавычки. В особо важных случаях можно себе позволить привести цитату потому, что какая-то мысль в ней точно сформулирована. Но злоупотреблять такого рода цитатами тоже нежелательно. Степень уместности цитаты зависит от ее места в композиции. Они довольно широко применяются в истории вопроса, но нежелательны в исследовательской части и совсем неуместны в выводах. Бывают случаи, когда цитата необходима при полемике, если автор не согласен с чьим-либо мнением. Вы приводите точные слова оппонента, с тем чтобы опровергнуть его формулировку. В таких случаях требуется, однако, сугубая тщательность, чтобы не исказить мысли оппонента, выхватывая их из контекста.
Пересказывая чужое мнение своими словами, важно также относиться к этому мнению очень бережно.
Правила ссылок требуют, чтобы при получении информации не из первых рук ее проверили по первоисточнику.
По содержанию ссылок и цитат следует обязательно эксплицитно выразить свое согласие или несогласие, сомнения и обосновать возражения. Возражения типа такой взгляд неправомерен - недостаточны, необходимо пояснить - почему неправомерен.
Делать сноски, а тем более приводить цитаты, касающиеся общеизвестных истин в науке, не следует. Исключение могут составить случаи, когда желательно указать, кто первый высказал ту или иную мысль.
Выразить свое отношение к цитате можно при помощи так называемых пропозициональных установок типа: Ю.С. Степанов справедливо считает, что... или Нельзя не согласиться с Е.М. Вольф, которая пишет:... . Принятые в этих случаях выражения полезно заимствовать у опытных авторов. Вообще, не надо забывать, что у настоящих ученых можно получить не только научные, но и языковые знания.
В тех случаях, когда ссылка делается на одного из многих авторов, занимавшихся данным вопросом, пишут: См., например....
3. Преемственность
Наука кумулятивна. Ее не строит одно поколение, она требует преемственности и “сооружается на костях предшественников”. Достижения науки предшествующих периодов требуют уважения. Задача каждого исследователя выделить в общем потоке непрерывно увеличивающегося объема литературы то, что имеет отношение к рассматриваемой проблематике, установить, что уже сделано, а что остается решить. Нива филологии уже достаточно распахана, и важно показать не только знакомство с последними теориями, но и их генезис. Только при этом условии начинающий сможет оценить и то, что сделано им самим. А для этого очень важно остановиться на системе нравственных ценностей, связанных с развитием науки.
Остановимся прежде всего на этической стороне проблемы преемственности, ибо наука все больше и больше становится коллективным достижением человечества, интегрирующим сделанное разными людьми и в разные времена.
Культура прошлого, в том числе и культура людей с другим мировоззрением, при критическом ее освоении дополняет и расширяет наши возможности.
В истории языкознания XX века (ограничимся только языкознанием, многие примеры из истории других наук уже освещены в прессе) немало событий, показывающих, что отказ от уже достигнутого ранее отбрасывал науку назад, а не способствовал ее успехам. Так было с “новым учением” о языке, с упрощенным вульгарно-социологическим истолкованием процессов языкового развития, препятствовавшим нормальному прогрессу науки. Так было и позже, когда истиной в последней инстанции стали цитаты из статей Сталина. Так было и при некритическом заимствовании американских структуралистских теорий и когда интуиция предавалась анафеме.
Вместе с тем опыт истории науки XX века показывает, что нельзя исходить из представления об однолинейном развитии науки - “только вперед, только прогресс”. За этим лозунгом нередко скрывалась преступная демагогия. В доказательство этого положения акад. Д.С. Лихачев отмечал, что в XIV — XV вв. в России грамотность была очень высокой. Грамотными были и крестьяне и ремесленники. А в XVIII веке русские крестьяне были почти поголовно неграмотными, на что были исторические причины.
Все, о чем говорилось выше, касалось этического аспекта отношений с предшественниками. Необходимо обратить внимание и на ответственность перед теми, кто придет на смену. Профессия и деятельность ученого неразрывно связаны с преподавательской работой, т.е. направлены не только на отыскивание истины и познание культуры, но и на приобщение к культуре других, а следовательно, и с человеческими судьбами. Соприкосновение с процессом научного познания и творчества формирует личность. Профессия ученого связана со многими духовными ценностями - эстетическими, интеллектуальными, этическими.
К сожалению, мы пока еще в плену у бюрократических норм, требующих не качества и значимости публикаций, а количества. Это приводит к погоне за возможностью печататься даже тех, у кого призвания к научной работе нет, что создает вредный информационный шум. Для того чтобы положение исправилось, нужны благоприятные моральные условия, повышение требовательности каждого к самому себе. От всех участников научного процесса требуется порядочность, порядочность и еще раз порядочность.
Гуманитарные науки несут ответственность за духовное здоровье и развитие общества и личности. Гармоничное развитие личности определяет баланс роста культурных и материальных потребностей. Рост первых для человечества полезен; рост последних часто развивает лишь негативные тенденции.
Взаимодействие личности с внешней средой можно себе представить как получение и переработку информации, потоками которой человек окружен. Искусство и наука обладают способностью расшифровывать для нас сигналы, которые посылает нам жизнь, и создают компактные способы ее хранения.
Культура человека зависит от его умения читать и понимать художественную и научную литературу, слушать музыку, видеть и понимать живопись, свободно и правильно выражать свои мысли, видеть и беречь красоту природы и человеческого общения.
Сопереживание и сотворчество приближают человека к талантливой или даже гениальной личности творца произведения, дают возможность открывать что-то новое и в самом себе, и в окружающих, делают его интеллигентным.
Надо научиться находить себе учителей среди больших ученых прошлого. Талантливый, а тем более гениальный ученый опережает свое время. Мы и теперь, в конце XX столетия, находим много актуального и заслуживающего продолжения в трудах Ал-Фараби, Ал-Беруни, Ибн Сина, имама ал-Бухари, Джалаладдина Руми, Мирза Улугбека, Махмуда Кашгарского, наших современников –Жамола Буранова, Жамола Жалолова, Гайбулла Саламова, Иззата Султана, русских ученых А.А. Потебни, Е.Д. Поливанова, М.М. Бахтина, И.А. Бодуэна де Куртенэ, Н.С. Трубецкого, В.В. Виноградова, Л.В. Щербы, Э.Г. Ризель и многих других у нас в стране и за рубежом.  
Контрольные вопросы:
1.	Как писать историю вопроса?
2.	Как осуществляется цитирование?
3.	Какая разница между ссылкой и цитатой?
4.	Что такое преемственность в науке?
Ключевые понятия:
1.	История вопроса - прослеживание истории исследованности рассматриваемого вопроса.
2.	Цитирование – приведение мыслей (мнений) других ученых или дословное воспроизведение чужой речи.
3.	Цитата - воспроизведенная чужая речь.

3 - лекция
Выбор и обоснование темы исследования
План:
1.	Основные требования, предъявляемые к научным исследованиям.
2.	Обоснование выбора темы исследования.
3.	Обоснование научной новизны предпринимаемого исследования.
4.	Обоснование практической значимости исследования.
5.	Обоснование выбора объекта, предмета и материала исследования.
Литература:
1.	Арнольд И.В.: Основы научных исследований в лингвистике. - М., Высшая школа, 1991, с. 63-72.
2.	Богданов А.Н., Юдкевич П.Г.: Методика литературоведческого анализа.        - М., Просвещение,1969.
3.	Логика и методология научного поиска, сборник статей, - М., 1986, с 3-9.

1. Требования, предъявляемые к научному исследованию. Обоснование темы
Непременным условием всякой научной работы от самых первых студенческих исследований и до докторской диссертации является ясность цели, четкость постановки задачи, ясное представление о том, что требуется выяснить, как это сделать и зачем, каков объект исследования, каковы критерии его выделения в материале, в какой отрасли науки он уже рассматривался, что о нем уже известно, кем получены имеющиеся результаты, что еще остается выяснить.                                 
Общая цель науки — раскрытие закономерностей развития природы и общества для использования их на благо человека. Эту общую цель, а также другие более частные ставит перед наукой общество. Другими словами, общие цели ставятся перед наукой “извне”, т.е. людьми, которые профессионалами в данной области не являются. Примером могут служить задачи, возникшие в связи с реформой школы и высшего образования. Формулирование идей и частных задач происходит уже “изнутри” науки, т.е. в результате развития научной мысли.
Общие требования к научной работе сформулированы во многих официальных инструкциях и постановлениях, они вкратце сводятся к следующему: постановка задач должна быть конкретной, вытекать из современного состояния вопроса и обосновываться анализом соответствующих научных работ.
Основные требования, которые официально предъявляются к диссертациям, т.е. требования новизны, актуальности, достоверности и практической и теоретической значимости, имплицитно входят в любую научную работу, но отличаются масштабностью. К сожалению, часто бывает так, что о значении этих требований вспоминают только тогда, когда работа уже закончена, и пытаются подогнать под них уже готовое. Между тем продумать эту сторону вопроса следует с момента планирования работы, хотя по мере ее продвижения эти обоснования тоже несколько изменятся.
Поскольку начинающие иногда воспринимают эти требования как нечто формальное, а понимание их оказывается недостаточно адекватным, на них следует остановиться.
В понятие “актуальность” входит полезность темы для современного этапа развития науки. Из одной работы в другую повторяется мотивировка, утверждающая, что исследование нужно либо ввиду неразработанности данного вопроса, либо вообще, либо в рамках какой-либо новой теорий, или еще менее убедительное соображение, что объект необходимо исследовать, поскольку о нем нет единства мнений. Вполне возможно, что если вопрос не разрабатывался, то это потому, что он не представляет никакого интереса. Мотивируя актуальность исследования, важно указать, что проблема привлекает внимание многих, но в ней есть еще белые пятна, важно сформулировать свое понимание имеющихся неясностей. 
При установлении актуальности темы недопустимо пренебрежение трудами предшественников. Точное упоминание роли других ученых в разработке того же вопроса обязательно.
Устанавливая актуальность темы, желательно также определить, в какой мере изучаемое явление типично, частотно и может помочь в общем описании системы языка. То есть актуальность может определяться большой распространенностью явления.
Требование новизны может иметь разные аспекты - одни хотят преодолеть трудности, с которыми не удавалось справиться их предшественникам, других интересует уточнение центральных понятий в свете новых данных науки, третьи - и это особенно характерно для последних десятилетий - стремятся усовершенствовать методы исследования.
Разумеется, вопрос о степени новизны возникает уже при самом выборе темы и объекта исследования.
Тему и проблему лучше выбирать либо совсем новую, либо очень актуальную, но не старую. Проблемы, теории устаревают, коллективы стареют, и, пока работа пишется, тема может устареть.
При обосновании неизученности какого-либо вопроса не следует ссылаться даже на авторитеты. Бывает так, что большой ученый отмечает необходимость изучения какого-либо вопроса в порядке обоснования своей работы и тут же сам дает решение этого вопроса. Например, и сегодня встречаются ссылки на В.В. Виноградова в подтверждение того, что якобы проблемы фразеологии совершенно не разработаны. Но, поставив проблему,  Виноградов сам же и заложил основы современной фразеологии.
При недостаточно добросовестном и компетентном отношении к науке возникает опасность дезинформации. Так, например, если автор утверждает, что вопрос, которому посвящена работа, никем не рассматривался, а на самом деле просто не знает предшественников, это - дезинформация.
Дезинформация может возникать вследствие терминологических излишеств, когда известные вещи оказываются неузнаваемыми под новыми именами. Новые термины нередко вырывают понятия из системы, в которой им уже было найдено место, и вызывают ложное представление о чем-то якобы новом или становятся причиной того, что читателю кажется, будто он не вполне понимает сказанное из-за недостаточности знаний.
Замалчивание чужих работ не считается плагиатом и не карается законом, но оно немногим лучше, чем плагиат, и свидетельствует в лучшем случае о недобросовестности автора или о недостатке у него эрудиции.
Требование достоверности предполагает, что результаты работы должны быть обоснованы достаточным объемом обработанного фактического материала, соответствием объекта и метода исследования и последовательным применением избранных методик.
Желательно, чтобы выбор темы был обоснован практическими соображениями и чтобы эти практические задачи были известны автору не понаслышке. Так, например, для того чтобы писать о технической терминологии, не обязательно быть инженером, но важен практический опыт переводчика или преподавателя иностранного языка именно в этой области. Жалкое впечатление производит исследование какой-нибудь терминологической системы, выполненное людьми, которые о данной отрасли техники имеют очень туманное представление или почти никакого.
Практическую значимость работы принято указывать как возможность использования ее в том или ином теоретическом курсе, на семинарах и практических занятиях. Этого требует инструкция по внедрению. Но инструкции составлены по одному шаблону для представителей технических и гуманитарных наук, а проблемы внедрения у них очень разные, специфика не учитывается. Если бы в высшей школе стали действительно включать в теоретические курсы все то, что пишется в диссертациях, у нас не оставалось бы времени для материала программы. Значительно полезнее рекомендовать полученный материал для освещения в научных кружках, в спецкурсе или факультативе, как это уже нередко делается, хотя и не везде.
Очень желательно, чтобы исследователи, особенно студенты педагогических вузов, думали о конкретной пользе, которую могут принести результаты их исследования для лучшего понимания иностранного текста, для перевода, для лексикографии, информатики и других разделов прикладной лингвистики.                                                        
Оценивая практическую значимость и одновременно актуальность, следует учесть, что в настоящее время все большее внимание уделяется решению прикладных задач, которые связаны с методикой преподавания родного и иностранных языков, с лексикографическими работами, с переводоведением и терминоведением и многими другими проблемами. Подчеркнем, однако, что прикладные задачи следует понимать широко, памятуя слова С.С. Аверинцева о том, что филология есть “служба понимания”, а функции “службы понимания” реализуются не только в интерпретации текста, но и в воспитании культуры чувств, человечности, эстетической восприимчивости, гражданской и духовной зрелости.
Образцом для нас в этом смысле является деятельность академика Л.В. Щербы, крупнейшего языковеда-теоретика нашего времени, который всегда помнил и заботился о приложении успехов теоретической науки ко всем возможным видам языковой практики. Круг его деятельности был необычайно широк, включая все разделы как теоретического, так и прикладного языковедения. Много внимания он уделял преподаванию родного и иностранного языков взрослым и детям, разработке программ и учебников. Он не только создал фонетический метод преподавания иностранных языков, но и принимал самое активное участие в создании соответствующих учебных заведений. Он заложил основы теории лексикографии и деятельно участвовал в составлении словарей. Его многогранная деятельность включала и участие в реформе орфографии и транслитерации, и сурдопедагогику, и дефектологию. Его работы были основополагающими для лингвистической интерпретации поэтических произведений и их перевода.
Залогом успеха всегда является увлеченность темой. В число стимулов для научной работы входят аттестационные стимулы успеха и престижа. Получить зачет, диплом, степень очень важно. Но эти стимулы при отсутствии других таят в себе большие опасности для общества, для науки, для самого исследователя. Учитель, имеющий диплом педагогического университета  к своему делу, к процессу школьной жизни, не заинтересованный в постоянном расширении своих знаний, в своей специальности, может и у учеников вызвать такое же равнодушие, отбить охоту к занятиям и чтению и принесет школе и детям не пользу, а вред. Кандидат наук, пишущий статьи ради выполнения плана и собственной карьеры, создает вредный информационный шум. Создаваемая им макулатура отличается от обычной макулатуры высокой себестоимостью. На нее напрасно тратятся время и силы множества людей, консультирующих такого автора, рецензирующих, редактирующих, корректирующих его произведение. Напрасно тратятся издательские ресурсы и бумага, которые могли бы пойти на что-нибудь более полезное для науки и культуры.
2. Выбор темы и объекта исследования
При выборе темы начинающий исследователь, будь то студент, аспирант или кто-нибудь еще, стоящий перед этой проблемой, должен отдавать себе отчет в том, к какой более или менее разработанной научной теории этот вопрос относится и что в этом направлении уже накоплено наукой. В противном случае начинающему грозит эклектичность или изобретение велосипеда. Складывая в своей работе кусочки концепций разных ученых, начинающий часто не замечает, что они противоречат друг другу, а иногда даже основываются на разных методологических подходах.
Выбрав направление, важно ознакомиться с трудами всей школы, если таковая имеется, т.е., например, не только с трудами своего руководителя, но и с работами других его учеников, даже в тех случаях, когда объект их исследования сильно отличается от только что избранного. Это существенно, независимо от того, была ли тема выбрана самостоятельно или предложена руководителем. Тема должна соответствовать общему направлению научно-исследовательской работы кафедры, на которой она выполняется.
Для современных лингвистических работ очень характерен и перспективен комплексный подход. Так, например, функционирование личных местоимений рассматривается применительно к их стилистической функции в тексте и выявлению возникающих в тех или иных контекстуальных условиях экспрессивных, оценочных и эмоциональных коннотаций или в единстве семантического, синтаксического и прагматического аспектов,  или в сочетании стилистики с социо- и психолингвистикой. 
Одним из проявлений интеграции внутри лингвистики является установление все более тесных связей между лексикой и грамматикой, как это осуществляется в семантическом и прагматическом синтаксисе. Многие из тех вопросов, которые теперь рассматриваются в семантическом синтаксисе, ранее относились к лексикологии и семасиологии, хотя изучались там под несколько иным углом зрения. Точно также многое из того, чем теперь занимается теория текста, раньше входило в компетенцию стилистики, а сама она развилась из риторики. Почти выделившееся в отдельную отрасль словообразование широко использует результаты, ранее полученные в лексикологии и семасиологии.
Это означает, что, начиная работу, важно учесть, из каких составляющих складывается избранная дисциплина, и при изложении истории вопроса учесть эти компоненты.
Заметьте, что указание на объект исследования само по себе тему еще не определяет. Так, например, в качестве объекта исследования можно назвать неопределенные местоимения или значения числа, или подтекст, или зоометафоры и т.д. Но это еще не тема. При определении темы необходимо продумать проблематику, которую предположено раскрыть, и границы наблюдения. Вот, например, возможные этапы последовательного выявления темы:
“Подклассы имени существительного”  “Подклассы имени существительного в английском языке”  “Особенности синтаксического функционирования различных подклассов существительных в современном английском языке”. Полезно бывает проверить свой выбор проблемы, сопоставив ее с проблематикой, выдвинутой в работах, посвященных рассмотрению того же объекта.
Жанр работы определяет ее масштаб. Так, дипломная или квалификационная работа может быть посвящена описанию сложных предложений с теми или иными союзами. В диссертационной кандидатской работе рассматривается актуализация тех же союзов при гипотаксисе и паратаксисе и ставится проблема расхождения между типом синтаксической связи и выраженным содержанием, т.е. когда сложноподчиненное предложение передает отношения, типичные для паратаксиса, а сложноподчиненные—отношения, свойственные гипотаксису.

3. Название темы
После предварительного знакомства с темой и материалом и накопления некоторых фактических данных обращаемся к детальному знакомству с историей вопроса и с уже сделанным предшественниками. Параллельно собирается библиография.
Этот подготовительный этап позволяет сформулировать название темы, цели и задачи работы, составить ее план и выдвинуть основную гипотезу. Все это представляется в соответствующие инстанции, первой из которых является кафедра. Дальнейшее прохождение и утверждение темы зависит от типа работы: она может проходить утверждение на кафедре, на совете факультета, в редакционно-издательском отделе, редакционной коллегии и т.д.
Конечно, название, план, задачи, гипотеза могут в процессе работы измениться, но такие первоначальные наметки совершенно необходимы.
Выше уже немного говорилось о важности названия работы. Остановимся на названии несколько подробнее. Название книги, статьи или диссертации, т.е. ее имя, существенно влияет на ее дальнейшую судьбу и потому должно быть тщательно продумано. Дело в том, что читатель находит нужную ему книгу, статью и т.п. не только потому, что кто-то ее рекомендует или она встретилась в сноске в работе на интересующую тему, но и просто по названию. Первичное решение о том, заслуживает ли книга внимания, читатель часто принимает, еще не видя книги и ориентируясь только на заглавие. Название должно точно указывать тему и отражать проблематику и в то же время быть достаточно кратким, иначе книга может не найти своего читателя.
Требования к названиям несколько разнятся в зависимости от типа работы. Так, для статьи названия, начинающиеся со слов: “К проблеме...”, “К вопросу о ...”, “К истории...”, “О типологических соответствиях...”, “О некоторых закономерностях...”, “Некоторые вопросы моделирования...”, “Опыт анализа...” и т.д., не очень желательны в силу своей неопределенности, но вполне возможны. Для курсовых и дипломных работ они не годятся, так как звучат претенциозно. Для диссертаций они совершенно неприемлемы, поскольку при таком названии автор как будто не претендует на серьезные результаты, но тогда можно ли аттестовать такие работы как диссертационные? Подобное название характеризует только начало какого-то исследования, причем, если тема указана широкая, читатель по названию не может судить о том, в каком аспекте разрабатывается проблема и представляет ли она для него какой-либо интерес.
Не следует перегружать название диссертаций иноязычной терминологией. Очень нежелательно введение в заглавие новых терминов без их расшифровки. Название должно быть понято и до прочтения самой работы без обращения к специальному словарю. Неудачно, например, название “Катайконимия в современном английском языке”. Далеко не все знают, что этот термин имеет в виду оттопонимические названия, т.е. названия жителей тех или иных городов, стран и т.д.
Диалектика развития науки такова, что новое необходимо, но оно должно быть как-то связано с уже знакомым.
О том, как не проста судьба нового в науке, в “мерфологии”, т.е. в известных сатирических “законах Мерфи”, говорится следующее: Каждая радикальная идея в науке, в политике, в искусстве вызывает три стадии ответной реакции: 1) „Это невозможно, и не отнимайте у меня время..."; 2) „Может быть это и так, но, право, не стоит за это браться..."; 3) „Я же всегда говорил, что это отличная мысль".

Контрольные вопросы:
1.	Какие требования предъявляются к научным исследованиям?
2.	Как можно обосновать выбор темы исследования?
3.	В чем заключается новизна исследования?
4.	В чем заключается практическая значимость исследования?
5.	Чем объясняется выбор объекта и материала исследования?

Ключевые понятия:
1.	Актуальность – злободневность, полезность темы для современного этапа развития науки.
2.	Новизна – новые идеи и проблемы; новое решение старого вопроса.
3.	Объект – направление в науке.
4.	Предмет – конкретный вопрос в данном направлении.
5.	Материал – исследуемые источники.
6.	Жанр – разновидность научного исследования, напр.: статья, квалификационная работа, диссертация.

4 - лекция
Методология – Метод – Методика. Методы и                            процедуры лингвистического анализа.
                            План:
1.	Основные понятия в лингвистическом анализе.
2.	Гипотетико-дедуктивный метод.
3.	Метод оппозиций.
4.	Дистрибутивный анализ.
5.	Валентностный анализ.
6.	Контекстологический анализ.
7.	Компонентный анализ.

Литература:
1.	Апресян Ю.Д.: Идеи и методы современной структурной лингвистики. – М., Просвещение, 1966, с. 78-196.
2.	 Арнольд И.В. Основы научных исследований в лингвитике. – М., 1991, с. 33-62.
3.	Кудратов Т., Нафасов Т.: Лингвистик тахлил. – Т., Укитувчи, 1981, с. 5-70.
4.	Юсупов У.К.: Сопоставительная лингвистика как самостоятельная дисциплина, см.: Методы сопоставительного изучения языков. –М., Наука,1988, с. 6-11.
5.	Мухин А. М. Лингвистический анализ. Теоретические и методологические проблемы. – Л., Наука. 1976, с. 5-33.
6.	Кудратов Т., Нафасов Т. Лингвистик тах,лил.- Т., Ўк,итувчи. 1981, с. 5-70.

В научном исследовании необходимо различать методологию, метод и методику.
Под методикой понимается способ нахождения нового материала, т.е. совокупность приемов наблюдения, эксперимента и описания.
Метод - это подход к изучаемому материалу, его систематизация и теоретическое осмысление (теория).
Методология - применение к процессу познания принципов мировоззрения, т.е. соотнесение полученных данных с другими фундаментальными науками и в первую очередь с философией.
Для того чтобы показать отсутствие жесткой связи между методом и разработанными в нем методиками, можно привести в пример структурализм. Как метод он почти перестал существовать в нашей стране, но многие созданные в нем методики сохранились, поскольку они обеспечивают последовательную объективность описания и дают материал, удобно поддающийся количественной обработке. Так, процедура дистрибутивного анализа, т.е. установление возможной сочетаемости изучаемого элемента, прочно заняла свое место в работах лексикологов, фонетистов и специалистов по морфологическому анализу.

1. Выбор методики
Выше было показано различие между методологией, методом и методиками (процедурами) лингвистического анализа. Методология науки о языке базируется на философии и научной парадигме. Эта методология находит свое выражение в растущем внимании к функционированию языка в практике общения людей. Современный функциональный подход к языку как к постоянно саморазвивающейся системе можно рассматривать как господствующую в науке парадигму. Другими широко известными подходами, имеющими многолетнюю историю, являются сравнительно-исторический метод и исторический метод, исследующий развитие фонетики, морфологии, синтаксиса и других аспектов конкретных языков, сопоставительный метод, описывающий сходства и различия двух или больше языков, а ныне метод автоматического анализа текстов с помощью компьютеров.
Выбор методики, соответствующей объекту и задачам исследования, имеет для успеха работы первостепенное значение. Для начинающего исследователя этот выбор затруднен тем, что он плохо знаком с существующими возможностями и сравнительной эффективностью процедур. Поскольку такого обзора нигде в литературе нет, начинающий тратит много времени, отыскивая, более или менее вслепую, подходящую методику, а выбор его не всегда оказывается оптимальным.
Генетически каждая методика анализа связана с каким-либо конкретным методом и конкретной лингвистической теорией. Практика, однако, показывает, что оптимальные результаты дает хорошо продуманное сочетание нескольких типов процедур таким образом, что каждая из них будет не только дополнять, но и конкретизировать остальные. Известно, например, что дистрибутивный анализ, о котором пойдет речь в одном из параграфов настоящей главы, диагностирует далеко не все различия в семантике слова и его приходится дополнять трансформационным анализом. Сочетание дистрибутивного и трансформационного анализа изначально заложено в анализе, который называют операционным.
Ввиду тесной связи процедур анализа с теми методами, в рамках которых они возникли, материал в дальнейшем группируется по методам, а внутри каждого метода рассматриваются наиболее характерные для него методики. Таким образом будут описаны гипотетико-дедуктивный метод, метод оппозиций, дистрибутивно-статистический анализ, валентностный анализ, компонентный анализ, контекстологический анализ, методы автоматического анализа текста.

2. Гипотетико-дедуктивный метод
Гипотетико-дедуктивный метод анализа следует рассмотреть первым, поскольку он нередко является в исследовании основным, включающим другие, более частные методики. Еще в 1931 году Л.В. Щерба в статье “О трояком аспекте языковых явлений и об эксперименте в языкознании” писал, что лингвистическое исследование должно состоять из сбора фактического языкового материала, построения гипотезы и проверки ее истинности на новых фактах.
Напомним, что под гипотезой понимается прием познавательной деятельности человека. Гипотеза  - особая форма развивающегося знания, предположение, которое объясняет наблюдаемые явления и которое, для того чтобы стать научной теорией, нуждается в проверке и доказательстве.
История науки показала, что невнимание к этому естественному ходу познания, т.е. невнимание, в частности, к фактическому материалу, оказывается причиной краха многих теорий.
В основном метод состоит из следующих этапов:
Установив критерии подлежащего исследованию объекта, исследователь собирает фактический материал. Источником материала может служить художественная или специальная литература, словари или опрос информантов.
Собранный языковой материал обобщается индуктивным путем. Индуктивным называется умозаключение, в котором мысль развивается от знания единичного и частного к знанию общего. Так создается теория в виде гипотезы. Теорией будем называть некоторую систему идей, дающую научное объяснение явлению или классу явлений. Далее гипотеза уточняется многими путями, например, сопоставлением с уже известными концепциями и выявлением противоречащего им материала.
Затем наступает этап дедукции. Так называют выведение новой мысли из признанных истинными данных чисто логическим путем. Путем дедукции получают также следствия из предложенной теории.
Заключительным этапом является проверка новой теории путем сопоставления ее с дополнительно полученными фактами. Если при этом обнаруживается отрицательный, т.е. противоречащий сделанным выводам материал, который не укладывается в рамки предложенной теории, это, при условии, что гипотеза в целом подтверждается достаточно большим числом случаев, означает необходимость введения уточнений и описания пограничных случаев. 
Все виды лингвистического исследования включают не только наблюдение и объяснение, но и классификацию полученных фактов. В целом ряде случаев классификация исследуемых объектов, т.е. распределение их по классам по наиболее существенным признакам, составляет важную часть их изучения. Предварительная классификация может иметь место уже на начальных этапах при организации исходных данных. Нередко классификация включается в задачи работы и дается в конце ее. Большое значение классификаций в лингвистической науке обусловлено тем, что в языке приходится иметь дело с очень мощными множествами единиц.                
Большинство лингвистических классификаций строится по единому принципу деления в соответствии с двузначной логикой Аристотеля. Для того же множества можно получить и другую классификацию, если ввести другой признак деления. Несколько классификаций одного и того же множества по разным основаниям образуют комплекс классификаций. Так, например, все множество английских глаголов можно по морфологическому признаку разделить на корневые, префиксальные и сложные; по синтаксическому признаку — на переходные и непереходные; по семантическим характеристикам — выделить глаголы психического состояния и подразделить их на интеллектуальные, эмоциональные, сенсорные и т.д.
После точного установления полного набора диагностирующих признаков каждый член группы характеризуется по каждому из них.
Группы формируются на основе жестких последовательных делений.
Для отнесения к группе элемент должен обладать полным набором признаков. В противном случае он выделяется для особого описания и объяснения.

3. Метод оппозиций
Подобно многим другим методам, метод оппозиций трудно разграничить с породившей его теорией. Поэтому содержанием  этого параграфа будет прежде всего именно теория оппозиций, а ее применение в исследовательской практике лингвистов будет изложено сравнительно кратко.
Учением об оппозициях наука обязана выдающемуся русскому филологу Н.С. Трубецкому, бывшему одним из создателей Пражской лингвистической школы. Теория оппозиций изложена Н.С. Трубецким в его ставшей классической работе применительно к фонологии. Но при дальнейшем использовании многими учеными разных стран она оказалась весьма плодотворной на всех уровнях языка.
Разработанное Н.С. Трубецким учение об оппозициях имеет в своей основе известный тезис Ф. де Соссюра: “Весь лингвистический механизм вращается вокруг тождеств и различий, причем эти последние только обратная сторона первых”. Однако ни сам Соссюр и никто другой до Трубецкого целостной теории оппозиций не давал.
Перечислим коротко те положения теории, которые лежат в основе метода. Прежде всего надо подчеркнуть, что не всякое различие является оппозицией. Оппозиция возможна лишь тогда, когда между ее членами имеются не только различия, но и общие признаки. Эти последние называются основанием для сравнения, а различительный признак принято называть дифференциальным признаком. Оппозицию можно определить как семантически релевантное различие по одному признаку при сходстве остальных.
Основание оппозиции может рассматриваться как некоторый абстрактный инвариант. Реальные элементы оказываются тогда вариантами, осложненными некоторыми добавочными признаками. При сравнении учитываются и рассматриваются не все признаки, а только те, которые признаны существенными для предложенной модели.
Н.С. Трубецкой различает оппозиции по отношению к системе и оппозиции между членами оппозиции. Один из более поздних исследователей, успешно соединивший теорию оппозиции с теорией графов, С. Маркус убедительно показал, что оппозиции по отношению к системе целесообразнее рассматривать как отношения между оппозициями.
Оппозиции между членами оппозиции подразделяются на привативные, или бинарные, градуальные, или ступенчатые, и эквиполентные, или равнозначные. Привативными называются оппозиции, один член которых характеризуется наличием, а другой - отсутствием дифференциального признака. Привативные оппозиции соответствуют двоичной логике исключенного третьего (да — нет), и поэтому их называют также бинарными, а классификацию по ним - дихотомической. Бинарный принцип неоднократно подвергался критике за огрубление действительности. Но огрубление неизбежно при всяком моделировании и в любой абстракции. Кроме того, стоит учесть, что все другие типы оппозиций могут, как правило, быть сведены к бинарным. Так, например, эквиполентная оппозиция, противопоставляющая исходное, метафорическое и метонимическое значения слова, может рассматриваться как привативное противопоставление исходного и неисходных, т.е. производных значений с дальнейшим подразделением внутри этих последних.
Эквиполентными называются оппозиции, которые не являются ни отрицанием, ни утверждением какого-либо признака, а характеризуются его качественным различием. Ср. kid ребенок и kid лайка. Оба члена оппозиции являются переносными вариантами kid козленок, но перенос в них разного типа: в первом случае - метафорический, а во втором - метонимический.
Градуальными называются оппозиции, члены которых отличаются разной степенью, или градацией, одного и того же признака. Например, глаголы: affect :: torment :: torture отличаются степенью интенсивности причиненного страдания.
Примеров эквиполентных оппозиций можно привести очень много. Такой лексической эквиполентной оппозицией является, например, любой ряд стилистических синонимов: girl :: maiden :: lass. В этом случае основанием оппозиции является денотативное значение молодое существо женского пола, а стилистическая отнесенность - дифференциальным признаком. Для обозначения оппозиции принято употреблять знаки :: и . То есть приведенную выше оппозицию можно записать и так: girl  maiden  lass.
Уже упомянутый выше С. Маркус, разрабатывая теоретико-множественную теорию оппозиций, добавил к перечисленным типам еще нулевые и дизъюнктивные оппозиции. Нулевые соответствуют тождеству, а дизъюнктивные - отсутствию сходства, но эти два типа могут иметь только вспомогательное значение.
Сам Н.С. Трубецкой оппозициям между членами оппозиции противопоставлял оппозиции по отношению к системе, различая при этом оппозиции пропорциональные, изолированные и многомерные.
Пропорциональной называется оппозиция, отношение между членами которой тождественно отношению между членами какой-то другой оппозиции, так что они образуют корреляцию оппозиций, что позволяет выявить какую-либо языковую закономерность. Оппозицию в этом случае представляют как дробь:

что позволяет выделить во всем множестве английских прилагательных подмножество прилагательных с префиксом un-, означающим отсутствие признака, указанного основой. Или другой пример:

Здесь корреляция состоит из слов, которые попарно отличаются тем, что первые члены пар означают лиц мужского пола, а вторые — женского, причем различие в значении морфологически выражено суффиксом  -еss.
Если в системе нет другой пары, члены которой находились бы в таких же отношениях, рассматриваемая оппозиция считается изолированной. Например:  wit :: witness, где именная основа первого члена, сочетаясь с суффиксом, дает имя лица, в то время как обычно суффикс  -ness присоединяется к адъективным основам и образует абстрактные существительные: ready :: readiness.
Многомерными Н.С. Трубецкой, называл оппозиции, основание которых не ограничивается членами данной пары, но распространяется и на другие элементы в системе.
4. Дистрибутивный анализ
Дистрибутивный анализ генетически связан со структурализмом и занимал большое место в американской лингвистике 30-х, 40-х и 50-х годов. И хотя общие теории структурализма современной лингвистикой оставлены, техника, им созданная, оказывается полезной и в настоящее время в рамках других направлений.
В этой  лекции мы стараемся показать, что внутри каждого метода возможны еще отдельные частные методики - процедуры сбора материала и его обработки для получения научного результата. Эти частные методики, возникшие сначала в рамках одного конкретного метода, потом могут использоваться вместе с процедурами, первоначально возникшими в других направлениях. Это справедливо и для дистрибутивных методик.
Под дистрибуцией понимают сумму всех окружений, в которых встречается тот или иной языковой элемент (фонема, морфема, слово и т.д.), т.е. сумму всех возможных позиций элемента относительно других элементов того же уровня, его сочетаемость.
Для упорядочения описания в дистрибутивном анализе широко используются условные буквенные обозначения классов слов, из которых образуются так называемые дистрибутивные формулы. При таком кодировании слова заменяются символами, указывающими класс, к которому принадлежит слово. Так, N означает существительные и слова, которые могут стоять в позиции существительных. Для уточнения, т.е. указания лексико-грамматических разрядов существительных, можно пользоваться подстрочными индексами: Npers  - имя лица, Nmass  -вещественное существительное, Nabstr  - абстрактное существительное, Vtr - переходный глагол, Vintr - непереходный глагол, А - прилагательное, D - наречие и его эквиваленты. Не кодируются, а даются в обычной транскрипции исследуемые слова и некоторые служебные.
Кодируя все слова, кроме изучаемого, получают его дистрибутивную формулу.
Дистрибутивные формулы очень удобны для классификации собираемых примеров, позволяя показать условия вариативности значения того или иного слова:

make + N                                             make a coat/ a decision
make + (the) + N + V                          make the mashine go 
make + А                                             make sure
make + А + N + for + N                     make a good wife for him

Дистрибутивное моделирование широко применяется в лексикографии для показа функционирования слова и его сочетаемости.

5. Дистрибутивно-статистический анализ
Лингвистическая статистика — отрасль языкознания, занимающаяся изучением методов раскрытия закономерностей, свойственных большим совокупностям однородных объектов на основании их выборочного обследования.  Существенно обратить внимание на то, что просто количественный подсчет того или иного явления в нескольких или даже в большом числе текстов статистическим не является. Корректное применение статистики требует серьезного с ней ознакомления.
Основным методом применения статистики в сочетании с дистрибутивным анализом следует признать дистрибутивно-статистический анализ, как он представлен в трудах А.Я. Шайкевича и ЮД. Апресяна. Их методика имеет много общего с валентностным анализом, как он разработан Г. Хельбигом, а в Ленинграде – Б. М. Лейкиной.  Валентностному анализу будет в дальнейшем посвящен специальный  параграф, а здесь достаточно указать, что термин “валентность” тоже означает сочетательную способность лингвистического элемента.
Дистрибутивно-статистический анализ в том виде, как его разработал и применяет А.Я. Шайкевич, есть сумма формальных алгоритмических процедур, направленных на описание языка и опирающихся только на распределение (дистрибуцию) заданных элементов в тексте. Под заданными элементами могут пониматься буквы (и другие графические символы), цепочки букв между пробелами (слова), цепочки слов между более крупными пробелами (высказывания), короче - любые объекты в тексте, непосредственно доступные нашему восприятию. Сам анализ при этом носит не жестко-детерминистский, а статистический характер, постоянно использует количественную информацию о встречаемости элементов в тексте.
Важно подчеркнуть, что в своем анализе А.Я. Шайкевич убедительно показывает следующее: скрытое или явное предположение о том, что текст или какие-то явления в тексте можно представить как случайный процесс, для лингвостатистики неплодотворно. Шайкевич доказывает, что основные перспективы лингвостатистики, если она хочет исследовать особенности структуры текста или структуры языка, связаны с поисками расхождений между теоретическими данными (чаще всего они сравниваются с нормальным распределением, или распределением Пуассона) и эмпирическими данными. 
Здесь мы ограничимся конкретным примером, иллюстрирующим предложенную методику. Шайкевич исследовал распределение относительной частоты неопределенного артикля в речи персонажей У. Шекспира и показал неоднородность этого распределения для двух, выделившихся именно благодаря этому анализу, групп персонажей. У слуг, горожан и носителей комического начала (шутов, остряков, глупцов) отмечено повышение частоты неопределенного артикля. И напротив, у героев “серьезных” и высоко стоящих на социальной лестнице частота неопределенного артикля понижается. 
Таким образом, метод может быть использован в стилистике, но, разумеется, пригоден и для других целей. В информатике, например, его применяют для выделения ключевых слов. 
6. Валентностный анализ             
Валентностный анализ имеет много общего с только что описанным дистрибутивно-статистическим, хотя он разрабатывался независимо от дистрибутивного, вне всякой связи со структурализмом и более лингвистичен.
Термин “валентность” заимствован в лингвистику из химии. Там валентностью называется способность атома химического элемента образовывать химические связи с другими атомами. Само слово “валентность” происходит от латинского valentia сила. Термин применяется и в других науках, например в биологии. Там валентность, или “экологическая пластичность”, есть степень приспособляемости животного к условиям среды. Весьма вероятно, что изучение развития этого понятия в других науках могло бы быть эвристически полезным и для языковедов, но мы на этом останавливаться не будем.
В лингвистику термин был введен в 1948 году С.Д. Кацнельсоном, который определил валентность как “свойство слова определенным образом реализоваться в предложении и вступать в определенные комбинации с другими словами”. Его же более позднее определение более лаконично: “Валентность - это свойство определенных разрядов слов присоединять к себе другие слова”. Для семасиологии также очень важно замечание этого ученого, ставшего еще при жизни классиком советского языкознания, о том, что валентность есть свойство значения, в котором как бы содержатся пустые места, нуждающиеся в восполнении. Валентность, таким образом, есть “имплицитно содержащееся в нем (в слове) указание на необходимость восполнения его другими словами определенных типов в предложении”.
По признакам сходства валентностных характеристик могут выделяться лексико-грамматические разряды, идеографические или еще более мелкие группы.
Под лексической валентностью понимается способность данного слова сочетаться с другими словами, которые образуют его валентностный набор. При этом, разумеется, целесообразно рассматривать не слова в целом, а их лексико-семантические варианты. Многозначные слова должны входить в несколько валентностных наборов. Валентностные наборы представляют собой множества, задаваемые перечислением. На некоторых этапах они удобно поддаются обработке методами символической логики.
Валентностный анализ проходит следующие стадии:
После того как установлена общая задача исследования, устанавливается список слов, валентность которых намечено изучить, определяется тип текстов, из которых будет взята выборка, и устанавливается общий объем выборки.
Общей методики свертывания примеров пока не существует, каждый решает эту задачу в соответствии со своим материалом. Так, например, в некоторых работах могут быть отброшены все элементы, которые не имеют синтаксической связи с ядром, устранение которых не нарушает отмеченности и которые избыточны как контекстуальные индикаторы. Здесь нельзя не обратить внимания на связь этой методики с методом контекстуального анализа, о котором речь пойдет в следующем параграфе; связана эта методика и с теорией вероятностей и со статистикой.
7. Контекстологический анализ
Как и другие исследовательские процедуры, методика контекстуального анализа неразрывно связана с соответствующей языковой теорией в данном случае с теорией контекстной семантики (термин Г.В Колшанского).
Родоначальником теории контекста можно считать основателя Лондонской лингвистической школы Дж Ферса, который, продолжая идеи антрополога Бронислава Малиновского, считал, что высказывание получает смысл в ситуативном и социальном контексте и является функцией такого контекста.  При этом подходе учитывается влияние на языковую семантику коммуникативной ситуации, ролевой структуры общения, социальных факторов и условий функционирования языка, всего многообразия познаваемого человеком мира, образующего информационную основу коммуникации.                 
В нашей стране теория и методика контекстологического анализа связана прежде всего с именем Н.Н. Амосовой. Теория контекстологического анализа была создана ею в процессе исследований английской фразеологии, причем основное ее внимание первоначально было сосредоточено на разграничении постоянного и переменного контекста при описании и характеристике фразеологических единиц То есть теория возникла при решении конкретной задачи, но оказалась вскоре применимой в значительно более широком диапазоне и плодотворно разрабатывалась уже после смерти ученого многочисленными учениками и коллегами. Метод не потерял своего значения и непрерывно развивался в последние десятилетия.
Н.Н. Амосова определяла контекст как соединение указательного минимума с семантически реализуемым словом В основе такого понимания имплицитно заложена модель полисемии и омонимии в языке, основанная на следующих допущениях:
1. Языковой знак асимметричен, полисемия и омонимия являются языковыми универсалиями, но все множество значений каждого языкового знака можно разделить на отдельные дискретные элементы - лексико-семантические варианты, которые могут идентифицироваться по лексической, грамматической или комбинированной сочетаемости.
2. В речи слово актуализируется только в одном из возможных для него вариантов.
3. Отправитель и получатель сообщения одинаково знакомы с условиями реализации слов в данном языке, и поэтому слушатель или читатель, зная контекстуальные индикаторы, в состоянии понять, в каком из возможных для него значений встретилось слово и соответственно понять смысл текста.
4. Система языка остается неизменной.
Нетрудно убедиться в том, что эта модель достаточно огрублена и реальные условия коммуникации сложнее, о чем будет сказано позже.
В работах Н.Н. Амосовой контекст ограничивается рамками предложения. Различают лексический, синтаксический, морфолого-синтаксический, конструктивный и смешанный контексты, что зависит от того, на каком уровне отмечается индикация. Если лексический контекстуальный индикатор, обеспечивающий указательный минимум, находится в непосредственной синтаксической связи с реализуемым словом, такой лексический контекст называется лексическим контекстом первой степени. Если же связь их опосредована, то говорят о лексическом контексте второй степени. Важным достоинством подхода Амосовой является то, что она рассматривает контекст как единство реализуемого слова и индикатора, т.е. учитывает их взаимодействие. Многие другие исследователи считают контекстом только окружение слова. Внеязыковые условия, влияющие на реализацию значения, в теории Амосовой называются ситуацией. Различают внетекстовую жизненную ситуацию, в которую входят общие жизненные условия, такие, как прямой показ и некоторые другие факторы, и текстовую ситуацию - общую тему текста или текстовое описание ситуации. 
Теория стилистического контекста учитывает то обстоятельство, что при чтении читатель основывает свое понимание на всех возможных сопоставлениях и противопоставлениях элементов в структуре целого. Стилистический контекст основан не на минимальных контекстуальных указаниях, идентифицирующих уже знакомые значения, а, напротив, на возможном максимуме индикации, позволяющем заметить появление в слове новых оттенков значения, коннотаций и новых связей с обозначаемой действительностью или вымыслом. Стилистический контекст, соответственно, не ограничивается рамками непосредственного окружения элемента, а учитывает дистантные связи в тексте в целом и возможные ассоциации в тезаурусе читателя. Языковой контекст при этом должен учитываться на первой ступени анализа.
Исследования живой речи показали плодотворность и необходимость применения контекстологического анализа за рамками предложения с учетом фоновых знаний коммуникантов,  речевой ситуации и ролевой структуры общения.

8. Компонентный анализ
Рассмотренные выше типы анализа — дистрибутивный, контекстологический и валентностный - основывались на синтагматических связях изучаемых единиц лексики. Компонентный анализ, которому посвящен настоящий параграф, опирается на парадигматические связи в системе.
Компонентный анализ был разработан и используется в основном как метод раскрытия семантики слов, но применялся и в других областях лингвистики, например в фонологии, где фонема представлялась как связка или пучок различительных (дифференциальных) признаков на основе ряда их бинарных противопоставлений. Метод, как показали Е.В. Гулыга и Е.И. Шендельс, оказался плодотворным и в морфологии и в синтаксисе.
Но особенное развитие этот тип анализа получил применительно к семантике слов, на чем и будет сосредоточено внимание в этом параграфе.
В компонентном анализе значение слова разлагается на его составляющие. Их называют семантическими компонентами, семантическими множителями, дифференциальными семантическими признаками, семантическими параметрами, ноэмами и т.д. В дальнейшем изложении будет принят термин “сема”. Этот термин наиболее приемлем в качестве центрального термина компонентного анализа, поскольку он отвечает требованиям краткости, прозрачной мотивированности, указывающей на его принадлежность к семантике как плану содержания, обладает хорошим словообразовательным потенциалом (ср. “семный состав”, “классема”, “гиперсема” и т.д.).
Семой мы будем называть элементарную составляющую значения слова или другой языковой единицы, отражающую различаемые языком признаки обозначаемого.
Сему часто называют мельчайшей единицей смысла, неразложимой на более мелкие части. Такое определение необосновано и неудачно, поскольку для многих общеизвестных и общепринятых сем возможна дальнейшая сегментация, так, например, в семе [пол] можно еще выделить сему [живое существо]. Вряд ли можно назвать мельчайшими единицами смысла семы [невзрослость], [женский пол] и [человеческое существо], образующие смысл слова девочка. Предел членения того или иного значения на семы задается поставленными в исследовании задачами.
После этих общих замечаний и прежде чем переходить к описанию современного состояния методики компонентного анализа, необходимо коротко описать историю этого подхода.
Первыми исследователями, предложившими и разработавшими компонентный анализ лексики, были американские антропологи У. Лаунсбери и Ф. Гудинаф, которые при помощи информантов изучали языки американских индейцев и, в частности, термины родства у разных племен.
Сравнивая по минимальным парам термины родства, они для определения смысла слов отец, мать, сын, дочь, дядя, тетка выделили следующие признаки: [старшее :: младшее поколение], [женский :: мужской пол], [прямое :: непрямое родство]. Тогда слово отец означает лицо старшего поколения, мужского пола и прямого родства.
Подобные четко структурированные семантические поля позволяют выделить семы реляционно, т.е. путем сопоставления минимальных пар. Однако, поскольку таких строго упорядоченных систем в лексике очень немного, необходимо было найти более универсальный способ компонентного анализа. Такой способ и был найден в виде опоры на словарные дефиниции.
Обращение к словарям как к источникам материала при лингвистических исследованиях прочно вошло в науку со второй половины XX века. Но начало ему было положено значительно раньше. И.А. Бодуэн де Куртенэ еще в 1903 году при подготовке съезда славянских филологов и историков предложил среди прочих тем для обсуждения на съезде тему “Об утилизации словарного материала для общелингвистических, психологических и культурно-исторических выводов”.
Компонентный анализ по словарным дефинициям основывается по существу на установившейся в логике операции определения понятий. Обычные этапы такого определения - указание ближайшего рода или класса, к которому относится предмет, и указание видовых отличий, т.е. признаков, которые отличают определяемый предмет от всех других предметов того же класса.
Очень существенно заметить, что компонентный анализ ведется на семантическом уровне и выделенные семы отдельно в слове не выражены, т.е. ни одну из выделенных четырех сем ни с какой частью слова hum соотнести нельзя.
В производных морфологически мотивированных словах дело, естественно, обстоит иначе. Так, например, при наличии отрицательного префикса в слове indistinct сема [отрицание] локализована.
Ядерное слово дефиниции является носителем категориального значения, т.е. классемы (или категориальной семы), в которой приходится разграничивать лексическую и грамматическую части. Для приведенного выше слова hum ядерное слово дефиниции sound имеет частеречное значение существительного, принадлежащего к разряду нарицательных, несклоняемых, неодушевленных. Значение лексико-грамматического разряда является пограничным между чисто грамматическими и лексическими значениями. Каждый разряд имеет свой набор присущих ему объяснительных формул и ключевых слов, выражающих классему. Применительно к рассматриваемому примеру это выражается в том, что слово sound может служить названием для целого лексико-семантического поля или дескриптором для информационно-поискового языка. Слово это имеет обобщенный характер, но сема [звук] разложима, поскольку: sound — that which is or may be heard. Ключевая часть этой последней формулы [that which] выражает самое общее значение предметности.
Итак, если мы остановим анализ на четырех семах и сохраним прежнюю глубину дефиниции, то в семе [звук] окажутся совмещенными классема, отражающая принадлежность к лексико-грамматическому разряду, и гиперсема, или тематическая сема, отнесенности к лексико-семантическому полю или тематической группе, от которых уже не требуется такой четкой структурированности, какая имела место в терминах родства.
Опираясь на словарные дефиниции, мы экстраполируем принятую в логике операцию определения понятий на лексическое значение, но при этом учитываем и различие между значением (категорией языковой) и понятием (категорией логической). Применительно к описанию значения это сводится к передаче значения одного слова с помощью других, причем определяющее имеет больше элементов, чем определяемое, и всегда классифицирует, позволяя выделить иерархию сем в составе значения. Отражая структуру соответствующего понятия, денотативное, т.е. предметно-логическое, значение слова является иерархически построенным единством.
Р.С. Гинзбург в своем пособии “Основы лексикологического исследования” отмечает, что основные семантические компоненты классифицируются и получают описание как иерархически организованные категории, причем каждая последующая категория является субкатегорией для предыдущей. Наиболее крупными компонентами значения являются (по ее терминологии) категориальные семы - предметности для существительных, признаковости для прилагательных и т.д. Все остальные семы она так же, как некоторые американские авторы, подразделяет на маркеры и дистингвишеры. Маркеры указывают черты, общие для некоторого класса лексических единиц, а дистингвишеры индивидуализируют.
В слове spinster,  например,  сема   [не бывшая в браке] - дистингвишер, сема [женщина] - маркер, а сема [существительное] - категориальная сема.
Внутри категориальных сем возможно дальнейшее деление и своя иерархия. Например, [одушевленность] или [лицо] являются для существительных подчиненными семами. В глаголе bring сема глагольности является более общей, чем также присущие этому слову семы движения и каузативности, характерные не для всех глаголов (например, в глаголе thank этих сем нет). Следовательно, внутри общего класса глаголов существуют еще подмножества, характеризуемые этими семами.
Изменения и перегруппировки внутри иерархии сем лежат в основе изменения значения слов и словообразования по типу конверсии.
Разные авторы дают разную номенклатуру и, соответственно, разную классификацию сем: гиперсемы и гипосемы, архисемы и дифференциальные семы, маркеры и дистингвишеры и т.д.
По характеру передаваемой информации и прагматическому статусу различают семы, относящиеся к денотативному, т.е. предметно-логическому, значению слова и коннотативные, отражающие прагматику акта коммуникации, связанные с оценкой, которую говорящий дает предмету речи, с его эмоциональным состоянием, желанием воздействовать на собеседника, с обстановкой акта общения, определяющей его функционально-стилистическую окраску.
При анализе художественных текстов коннотативная часть семного состава оказывается особенно важной. При этом приходится различать узуальные и окказиональные, т.е. порожденные контекстом, коннотации. 
Заканчивая рассмотрение компонентного анализа, необходимо обратить внимание на существование в слове скрытых и потенциальных сем. Единой терминологии для них тоже нет. Потенциальные семы называют чаще всего “импликационалом” слова. Это  - семы, которые не входят в обязательный набор сем, соответствующих обязательному набору признаков, по которым данный предмет отличается от других ему подобных, но входят в число известных носителям языка или приписываемых этому предмету свойств, а потому потенциально возможных при вторичной номинации или образовании производных.
Под скрытыми компонентами Р.С. Гинзбург понимает те семы, которые выявляются через сочетаемостные возможности слова. Прилагательное pretty, например, сочетаясь с названиями лиц, предполагает в этих названиях семы молодости и женского пола. Сочетание этого прилагательного с названиями лиц мужского пола и преклонного возраста неестественно — a pretty old man. Существование скрытых сем доказывается, таким образом, методом от противного: ограничение на сочетаемость дает основание предположить наличие сем, препятствующих соединению.

Контрольные вопросы:
1.	Какое значение имеют методы лингвистического анализа?
2.	Какие основные методы лингвистического анализа?
3.	Как функционирует механизм  применения метода оппозиции?
4.	Какие специфичные методы применяются: в грамматике, в фонетике, в лексикологии, стилистике, теории текста?

Ключевые понятия:
1.	Валентность – свойство слов присоединять к себе другие слова.
2.	Дистрибуция – сумма всех окружений, в который встречается тот или иной языковой элемент.
3.	Контекст – соединение указательного минимума с семантически реализуемым словом.
4.	Метод – особый подход к изучаемому материалу.
5.	Методика – совокупность приемов наблюдения, эксперимента и описания.
6.	Методология – применение к процессу познания принципов мировоззрения.
7.	Оппозиция – семантически релевантное различие по одному признаку при сходстве остальных.

5 - лекция
Планирование работы и работа с источниками
План:
1.	Характер и этапы планирования процесса исследования.
2.	Критерии отбора материала.
3.	Важность планирования.
Литература:
1.	Арнольд И.В.: Основы научных исследований в лингвистике. - М., Высшая школа, 1991, с. 63-72.
2.	Богданов А.Н., Юдкевич П.Г.: Методика литературоведческого анализа.        - М., Просвещение,1969, с.32 – 35.
3.	Гецов Г.: Рациональные приемы работы с книгой. – М., Книга, 1975, с. 56-62.

В планировании работы существует как бы две стороны. 
1)	Во-первых, это – планирование процесса исследования, т. е. его организации. Надо установить проблематику, объект исследования, его временные и пространственные границы, какой фактический материал и по каким критериям он будет отбираться, с какой теоретической литературой предстоит ознакомиться, какая методика будет применяться, зачем теоретически и практически нужно исследовать поставленный вопрос и где могут быть применены результаты исследования. Т. е. решить три основных вопроса:
1.	Что исследовать?
2.	Как исследовать? 
3.	Зачем исследовать?
2)	Во-вторых, надо спланировать композицию работы – изложение результатов в виде текста квалификационной (дипломной или диссертационной) работы.
3)	В-третьих, определить основные этапы работы:
1.	нулевой, или предварительный цикл;
2.	выбор направления, темы, методики, объекта и предмета исследования;
3.	сбор и анализ теоретической информации по теме;
4.	первоначальный сбор фактического материала;
5.	формулировка гипотезы;
6.	составление подробного плана работы;
7.	собственно исследование – обработка, анализ и обобщение результатов и оформление текста работы;
8.	необходимо также продумать проверку материала  практикой, т. е. его внедрение.
         Планирование научного текста предполагает определение его жанра:
1.	доклад ( научный, научно-популярный );
2.	статья;
3.	выпускная или квалификационная работа;
4.	монография или книга;
5.	диссертация ( магистерская, кандидатская или докторская ).
Для каждой формы существует соответствующий официальный порядок планирования, свои специальные требования.
Написание статьи целесообразно предварять  докладом, будь то на какой-либо конференции, семинаре или перед какой-то аудиторией.
Темы выпускных, квалификационных работ и диссертаций определяются и защищаются сначала на кафедре, а затем на совете факультета ( или  сектора НИИ АН ), что очень помогает автору внести соответствующие коррективы и уточнения.
Когда тема утверждена, приступают к самой работе. Очень целесообразно уже на этом этапе составить ее более или менее  подробный план по главам и разделам. Само собой разумеется, что в действительности  этот план будет осуществлен не полностью и в процессе работы будет не раз переделываться. Но он очень дисциплинирует и помогает организовывать всю получаемую информацию, помогает отбирать нужное и отбрасывать ненужное.

С чего начинать?
Начитывать ли теоретическую литературу или собирать фактический материал? На наш взгляд, это можно делать параллельно. Опыт показывает, что на первых порах лучше самому разобраться в фактах (некоторая теоретическая подготовка уже есть), а только уж потом собрать все существующие мнения.
В противном случае, у начинающего исследователя развивается некоторый комплекс неполноценности и неспособность остановиться: чем дальше он читает, тем больше остается того, что еще надо было бы прочесть.
Последовательность изучения вопроса и написания самого текста работы могут не совпадать. Иногда бывает целесообразным написать сначала исследовательскую часть и только потом - общетеоретическую первую главу с формулировкой исходных концепций и обзором состояния вопроса, с тем, чтобы включить сюда только то из проработанной по теме информации, что оказывается релевантным для освещения своего нового материала и решения поставленных задач.
Важный вопрос – какую теоретическую проблему позволяет осветить тот или иной факт текста. Об этом надо подумать еще на первом этапе работы при установлении гипотезы и задачи работы. Большую помощь в этом может оказать наличие не только положительного, но и отрицательного материала, поскольку, как известно, именно парадоксальные случаи могут привести к интересным открытиям.

Критерии отбора материала
Одна из первых трудностей, с которой сталкивается исследователь, - точное выделение объекта исследований и продуманное согласование с ним предмета и материала, на котором производится наблюдение.
Удачным и оправданным является сочетание  трех составляющих – предмета, объекта и материала исследования.
Некоторые возможности постепенного нащупывания темы: наметка темы иногда  возникает в процессе практических занятий или лекционных курсов, или в студенческих докладах на семинарах.
Часто формулировки границ объектов исследования страдают нечеткостью и расплывчатостью. Но по мере  углубления в работу исследователь уже получает возможность уточнить или сузить определение своего объекта. Важное значение имеет четкое представление о том, какие уровни языка рассматриваются и какие отрасли науки о языке интегрируются.
Источники примеров и количество страниц, на которых делается выборка, надо фиксировать сразу же,  потому что подсчеты постфактум приводят или к очень нерациональным тратам времени или к неточностям.
Контрольные вопросы:
1.	Какие вопросы составляют основу планирования?
2.	Как называются основные этапы научной работы?
3.	С чего начинается научная работа?
Ключевые понятия:
1.	Критерий – различительный признак как условие для принятия определенного решения.
2.	План – представление о способах достижения определенной цели.   

6 - лекция
Источники фактического материала
План:
1.	Характеристика основных источников материала для лингвистических работ.
2.	Работа с источниками.
3.	Эксперименты и информанты.
4.	Роль интуиции и воображения в работе с источниками информантами.
Литература:
4.	Арнольд И.В.: Основы научных исследований в лингвистике. - М., Высшая школа, 1991, с. 76-80.
5.	Богданов А.Н., Юдкевич П.Г.: Методика литературоведческого анализа.   - М., Просвещение, 1969, с. 20-26.
6.	Гецов Г.: Рациональные приемы работы с книгой. – М., Книга, 1975, с. 6-26.

Основными источниками материала для лингвистических работ являются тексты, словари и опрос информантов.
Полные выборки накапливаются к концу работы, а приблизительная наметка проблематики и стратегии работы осуществляется на сравнительно небольших предварительных выборках.
Собранный корпус примеров всегда учитывается при оценке достоверности, хотя, конечно, и с учетом адекватности и последовательности применения методики. Достаточность выборки зависит от типа и частотности объекта. Так, для анализа функционирования в тексте шести слов неполной предикации потребовалось несколько тысяч примеров, поскольку этих шести слов приходилось учитывать весьма разнообразные связи.
В работе же об авторских неологизмах уже само отыскивание их представляло нелегкую задачу, и собранные 560 случаев позволили сделать интересные и обоснованные выводы.
Многие ученые считали возможным исследовать язык на основе придуманных примеров. Однако, отсутствие объективных данных или, точнее, ограничение данных интуицией ученого были одной из причин недолговечности этих теорий.
Основным источником материала для лингвистов (СНГ) служат оригинальные тексты: художественные, научные, газетные, публицистические, рекламные и т. д.
Если в задачу работы не входит изучение национальной вариативности тех или иных явлений (английского или немецкого) языков, то для, например, английского языка целесообразно проводить исследования в пределах какого-либо одного варианта – британского, американского или, может быть, австралийского, - хотя в настоящее время есть тенденция некоторого их сближения благодаря средствам массовой коммуникации.
Как выше сказано, источником материала могут быть информанты.
С информантами работают преимущественно представители психолингвистики и социолингвистики. В других отраслях языкознания к ним обращаются мало и преимущественно только для дополнительной проверки.
Источник материала должен строго соответствовать поставленной задаче.
а) Лексика изучается – по словарям.
б) Валентность  (сочетаемость) тех или иных единиц – по текстам.
в) разговорную речь (коммуникацию) следует изучать с помощью информантов – носителей языка и записей на пленку, но не по диалогам в романах или по драматургическому тексту, т. к. в художественном тексте речь персонажей преобразована и препарирована в соответствии со стоящими перед автором художественными задачами, и не может служить документальным и достаточно объективным отображением реальной коммуникации.
Следует помнить, что очень многое зависит от постановки эксперимента, при котором интуиция исследователя может заменяться интуицией информанта. 
Интуиция и воображение
Успех исследования зависит не только от удачного выбора темы, комбинированного применения методик, но и от сочетания формальных процедур и интуиции, а иногда и воображения. О значимости интуиции и воображения для научного творчества писали А. Эйнштейн, П. Капица и др.
Под интуицией понимается “способность человеческого мозга совершать в процессе познания как бы скачок. Этот скачок происходит в результате внезапного постижения недостающих в логическом анализе компонентов, минуя промежуточные этапы, и является очень важным фактором для целостного восприятия объекта. И происходит как мгновенное “озарение””.
В отличие от расчлененности логического мышления интуиция имеет синтезирующий характер и позволяет видеть целое раньше частей. Поэтому она играет очень важную роль в создании первоначальной гипотезы и подсказывает направление дальнейших исследований. 
1)	Такая интуиция называется эвристической; она направлена на познание.
2)	Второй тип интуиции – это интуитивное знание языка его носителями.
Оба типа необходимы. Эвристическая интуиция позволяет сформулировать гипотезу. С эвристической интуицией связан категориальный синтез, посредством которого к объекту исследования применяется система исследовательских категорий, что позволяет обобщить полученные данные и сделать выводы.
Исследователь должен давать себе ясный отчет в том, на каких этапах работы он опирается на интуицию и какие результаты получены экспериментальным или логическим путем. Гипотетико-дедуктивный метод опирается на эвристическую интуицию.
Воображение занимает важное место в системе  творческих способностей человека, т. к. оно необходимо для мысленного преобразования ситуаций, мысленного изменения их величины и других свойств. Это мысленное преобразование знаний и опыта ведет к формированию наглядных образов для явлений, которые не даны нам в непосредственном наблюдении. Эти образы, создаваемые воображением, могут служить чувственной опорой для мышления. Образы перерастают в символы, которые способствуют обобщениям и помогут понять многозначность явлений.
У научного воображения есть некоторые общие черты с поэтическим. Они оба накладывают на действительность некоторую схему, модель, устраняя несущественное. Подобно поэтическим, научные образы – не просто слепки с действительности, они преобразуются и получают форму, удобное для включения в мыслительный процесс.
Контрольные вопросы:
1.	Какие виды источников существуют?
2.	Как работать с каждым из источников: с книгой, с текстами, со словарями и с информантами?
3.	Что понимается под интуицией?
4.	В чем заключается роль интуиции и воображения в работе с источниками?
5.	Какое соотношение между темой и источником исследования?
Ключевые понятия:
1.	Воображение – наглядные образы для явлений, которые на даны нам в непосредственном наблюдении.
2.	Интуиция – способность мозга совершать в процессе познания как бы скачок.
3.	Информант – носитель языка (или представитель определенных профессий)
4.	Материал – подлежащие изучению явления.
5.	Текст - словесное произведение или его части.
7-лекция 
Композиция научной работы
План:
1.	Основные части композиции (структуры) научных исследований.
2.	Основные вопросы, освещаемые во введении.
3.	Характер вводной и заключительной главы.
4.	Разница между выводами к главам и Заключением.
5.	Основные требования к квалификационным работам.
Литература:
         1. Арнольд И.В. Основы научных исследований в лингвистике. – М., Высшая школа.  1991.  с. 81 – 83.

Всякое исследование должно иметь вводную часть (введение), которая сразу же вводит читателей в тему и задачу работы, обзорную часть, основную часть и заключение.
Обзор содержит историю исследуемой темы. 
Основная часть может делиться на разделы или главы. Приблизительно такую же структуру имеют и отдельные главы. Т.е. в начале каждой главы говориться несколько слов о ее задачах. Только истории вопроса здесь может и не быть, если она целиком дана во введении или в первой главе. 
1.	Принятый в школьных сочинениях “план” в курсовых работах может сохранятся, но лучше его иметь только в авторском черновике, а в окончательном варианте целесообразно показать структуру с помощью графического соподчинения заголовков и закончить работу “содержанием”, отражающим структуру всей работы (с указанием страниц разделов).
Хорошо продуманные названия разделов помогают читателю при первом же просмотре составить себе ясное представление о логике и архитектонике работы.
      2. В квалификационных и диссертационных исследованиях введение делается теперь по стандарту. Оно занимает от 3 до 10 страниц машинописного текста. В нем обязательно указываются: 1. тема и ее обоснование; 2. цель и задачи исследования; 3. отрасль науки, в русле которой написана работа (например, теория текста); 4. объект исследования; 5. предмет исследования; 6. актуальность; 7. новизна работы; 8. теоретическая значимость работы; 9. практическая значимость работы; 10. материал (теоретический и фактический (практический) источники); 11. методы исследования; 12. положения,  выносимые на защиту как результат решения поставленных в исследовании задач; 13. структурное описание исследования;
Во введении автор не дает оценки своей работы, это делают официальные оппоненты и выступающие, а конкретно обосновывает выбор темы исследования, как бы делает “патентную заявку” на полученные результаты.
Всякая работа должна содержать точную формулировку основных используемых в ней понятий - т.е. понятийно-терминологический аппарат, что можно дать либо во введении, либо  в первой главе. 
В Первой главе обычно дается обзор и критическое изложение истории вопроса. В статье такой обзор должен быть кратким, а в квалификационных и диссертационных исследованиях – развернутым. 
Статья на главы не делится, но и в ней должна быть четкая композиция.
В квалификационных работах, магистерской и кандидатской диссертации обычно содержится от двух до четырех глав. Главы могут делиться на разделы или параграфы и далее на абзацы. 
Главы и разделы должны начинаться с сообщения о том, чему они посвящены, и заканчиваться выводами.
В конце каждой главы выводы специально маркируются, а в конце всей работы сводятся в Заключение, которое не должно повторять выводов по главам, а подводя итоги всему исследованию, показывает, как полученные результаты вписываются в уже известное в науке и какие перспективы обещает дальнейшая разработка темы. Здесь автор как бы поднимается на более высокую степень обобщения. 
Курсовая, квалификационная и диссертационная работа заканчивается Списком использованной литературы - т.е. библиографией. Его размеры зависят от жанра работы. Для курсовых работ – примерно от 5 до 10 названий. Для  квалификационной работы до 20, а для кандидатской работы до 200 наименований. Количество страниц для курсовых до 25, для квалификационных работ - до 50 – 60 страниц, для магистерской диссертации – до 100 страниц, для кандидатской диссертации - до 150 и для докторской – до 300 страниц максимум. Объем приложений к диссертациям не лимитируется.
Реферат для поступления в аспирантуру занимает обычно 30 – 50 страниц. Важно, чтобы материал, его трактовка подсказывали возможности дальнейшего расширения темы, хотя сам материал может быть более узким. 
Материалом может служить какой-нибудь роман. Важно, чтобы автор проявил эрудированность и умение найти интересную и актуальную тему. Список литературы - от 20 и больше.
От курсовой работы, выполняемой на старших курсах, научной новизны не требуется. Важно получение и применение элементарных навыков научной работы: умение делать обзор литературы, конспектирование и техника цитирования, сбор и классификация собственного фактического материала. Необходимо развитие самостоятельности и научной наблюдательность. Студент должен научиться не просто находить нужную научную информацию, но и грамотно переработать и показать, как и откуда получены те или  иные сведения. 
Объем текста - от 20 до 30 машинописных страниц, библиография включает 10 –20 наименований.
Требования к  квалификационным работам во многом приближаются к диссертационным, но объем их меньше (до 100 страниц), а тема может быть узкой и очень конкретной по материалу, хотя здесь руководителю дипломанта и кафедре предоставляется достаточно большая свобода выбора. 
От выпускника и бакалавра требуется:
1.	хорошее знание изучаемого языка;
2.	умение собирать и наблюдать языковой материал;
3.	умение (с помощью руководителя) установить степень изученности (исследованности) рассматриваемого вопроса;
4.	обосновывать свои выводы по поводу собранного материала;
5.	критически подойти к литературе вопроса;
6.	умение корректно и стилистически грамотно изложить результаты исследования;
7.	аккуратно оформить выполненную работу.
      По решению ведущей кафедры и совета факультета тема хорошо исполненной дипломной и квалификационной работы и ее материалы могут быть рекомендованы для продолжения данного исследования в качестве диссертационной работы, а ее автор может быть рекомендован для поступления в магистратуру и аспирантуру.

Контрольные вопросы:
1.	Что такое композиция научной работы?
2.	На какие вопросы должно отвечать введение?
3.	Как пишутся (начинаются и завершаются) главы? 
4.	Чем отличается заключение от выводов?
5.	Какие требования предъявляются к квалификационным работам?

Ключевые понятия:
1.	Введение – вводная часть любого печатного произведения.
2.	Композиция – содержательная структура научной работы.
3.	Курсовая работа – научная работа, выполняемая на старших курсах.
4.	Квалификационная работа – выпускная научная работа бакалавра.
5.	Заключение – завершающая часть научной работы, содержащая квинтэссенцию исследования.
6.	Исследовательская глава – основная часть квалификационных и диссертационных работ, содержащая собственное исследование поставленной проблемы. 

8-лекция
Метаязык исследования 
(понятийно-терминологический аппарат исследования)
План:
1.	Понятие метаязык и его толкование.
2.	Основные требования к понятийному аппарату научного исследования.
3.	Требование к термину.
4.	Термины в лингвистических исследованиях и терминологические словари.

Литература:
1.	Арнольд И.В. Основы научных исследований в лингвистике. – М., Высшая школа.  1991.  с. 84 - 93
2.	Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. - М., Советская энциклопедия. 1969. с. 459. 
3.	Розенталь Д. Э., Теленкова М. А. Словарь-справочник лингвистических терминов. - М., Просвещение. 1976.  с. 336.
4.	Мирсаатов Т. Х., Саттаров М. Грамматик терминларнинг немисча-ýзбекча изох,ли луғати.- Т., Ўӄитувчи. с 3 - 12
5.	Лотте Д. С. Основы построения научно-технической терминологии. – М., Наука. 1969.  с. 3 - 5.

Для того, чтобы описать факты языка и установить существование связи между ними, необходимо не только разработать эффективные методы исследования, но и найти рациональные способы вычленения элементов, эффективно представить полученные результаты, классифицировать и обобщить их. Поскольку любое знание должно быть выражено словами или другими знаками, все эти задачи выполнимы только при условии, когда процесс познания и интеллектуальной коммуникации обеспечены адекватно развитым метаязыком.

 1. Общее понятие о метаязыке
Метаязыком называют язык, предназначенный и используемый для описания другого языка, т.е. язык, объектом которого являются содержание и форма другого языка. Этим другим языком может быть отдельный национальный язык (в нашем случае английский) или даже любая другая семиотическая система.
Греческий префикс мета- означает другой, после и употребляется в научном стиле достаточно часто (ср. метатеория - теория, изучающая свойства другой теории, метаматематика - теория математических доказательств).
В метаязык лингвистики входит терминология, общенаучная лексика, свойственная научной литературе вообще в любой отрасли знания, буквенная символика и графика.
Графический метаязык включает таблицы, схемы, графики, графы, матрицы и т.п. Графические средства имеют вспомогательный характер и должны сочетаться с вербальными.
Научный уровень любого исследования существенно зависит от применяемого метаязыка, его строгости и точности. Метаязык влияет не только на ясность концептуального аппарата и понятность его для читателя, но влияет и на самого автора: усложняя язык, автор сам себе мешает мыслить.
Всякая наука есть процесс переработки информации и обмена ею, поэтому, если коллеги не понимают терминологии и вообще метаязыка, которым пользуется автор, обмен информацией становится или вообще невозможным, или сильно затрудняется, а в результате и вклад автора в науку обесценивается.
 2. Терминология
Термином принято называть слово или словосочетание, служащие для точного выражения понятия, специфичного для какой-нибудь отрасли знания, производства или культуры, и обслуживающие коммуникативные потребности в этой сфере человеческой деятельности. Совокупность терминов той или иной отрасли образует ее терминологическую систему.
Объем и содержание отражаемого термином понятия фиксируются в специальной литературе и входят в систему профессиональных знаний в этой области. Для того чтобы слово стало термином, оно должно иметь определение в специальной литературе. Такое определение принято называть дефиницией. Это, однако, далеко не означает, что у каждого термина имеется единая дефиниция в данной науке. Разные авторы, пользуясь одним и тем же термином, дефинируют его несколько по-разному.
В качестве примера можно привести сильно различающиеся определения основного для лингвистики понятия “значение”.
Э. Бенвенист определяет значение как способность языковой единицы быть составной частью единиц высшего уровня, а форму как способность языковой единицы разлагаться на конститутивные элементы низшего уровня. Для контраста можно привести определение В.М. Солнцева: “Значение в слове есть тот минимум признаков понятия, который необходим для того, чтобы языковой знак приобрел социальную значимость” . Или определение известного автора словаря лингвистических терминов - Ж. Марузо: “Значение слова есть совокупность представлений, которые могут быть вызваны произнесением этого слова”. В книге по стилистике английского языка я определяю значение слова таким образом: “Под лексическим значением слова понимается реализация понятия, эмоции или отношения средствами языковой системы”
Этот список можно было бы продолжить на добрую сотню страниц. Причина такого разнообразия состоит в том, что определения соответствуют разным задачам того или иного направления в лингвистике и отражают разнообразие подходов авторов к предмету.
Терминоведение в настоящее время представляет собой самостоятельную отрасль лингвистики, и число работ в этой области непрерывно растет. “Терминологический взрыв”, вызванный научно-технической революцией, в свою очередь, порождает интенсификацию этой области языковедения. Лингвисты оказывают большую помощь специалистам других наук в изучении и стандартизации их терминологии. Но состояние самой лингвистической терминологии вызывает некоторую озабоченность. Терминология лингвистики отягощена синонимией и многозначностью. Она настолько не упорядочена, что изложение материала часто приходится начинать с перечня терминов, уже существующих для концептов, которые предполагается изучить.
Во многих книгах по лингвистике определения важнейших терминов, в особенности, если они вводятся впервые или отличаются по содержанию от более или менее известных, даются в конце в глоссарии или указателе терминов.
Такой метатекст  очень удобен для читателя и всегда заслуживает внимания, тем более, что туда включаются термины, которые представляются автору особенно важными.
Ориентированию читателя помогают также предметные указатели, где термины расположены в алфавитном порядке с указанием страниц книги, на которых о них идет речь.
Для того чтобы заострить внимание читателя на новом термине, применяют шрифтовое выделение.
В некоторых случаях термин можно сравнить с именем героя романа. Для того чтобы действительно познакомиться с героем и понять предложенный автором образ, нужно прочесть роман до конца, для того чтобы освоить термин - необходимо прочесть весь посвященный ему текст.
Следует помнить, что дефиниции часто включают другие термины, которые требуют специальных знаний, комментариев или дополнительных дефиниций, что справедливо и для авторских и для словарных дефиниций.
Общеизвестно, что наиболее трудно поддаются определению основные понятия. Для лингвистики это особенно важно, поскольку в число терминов метаязыка, и притом основных терминов, входят слова, бытующие и очень частотные в общелитературном языке: “язык”, “речь”, “слово”, “имя”, “знак”, “значение” и многие другие. Переосмысление слов обиходного и общелитературного языка ведет к межотраслевой полисемии и омонимии.
Богатые возможности литературного языка иногда оказываются полезными только на первых порах создания концепта и термина, а позднее могут привести к нежелательной синонимии. Так, в настоящее время, когда категоризация эмоций в лексике языка стала предметом подлинно научного анализа (например, в работах В.И. Мальцева, В.И. Шаховского), прежнее разнообразие обозначений уже становится тормозом. Между тем в литературе, исследующей отражение эмоций в лексике, приблизительно одно и то же обозначаемое называется “эмоционалом” или “эмотивным аспектом”, “эмоциональным значением”, “коннотацией”, “обертоном”, “окраской” и т.д. Само собой разумеется, что введение термина в текст не может ограничиться определением, даже самым точным и исчерпывающим. Надо еще дать многие пояснения, указать место нового концепта в системе уже существующих. 
3. Требования к термину
Требования, предъявляемые к терминам и терминосистемам, были сформулированы еще в 30-х годах в многочисленных работах  основоположника советского терминоведения Д.С. Лотте. Деятельность этого ученого была в первую очередь связана с упорядочением и стандартизацией русской научной и технической терминологии, его вклад в теорию термина и в практику работ по стандартизации, проведенных АН СССР, имеет неоценимое значение.
Д.С. Лотте показал, что однозначность не возникает в терминологии сама по себе, а является следствием или должна быть следствием работы над термином тех, кто создает терминологию.
Он выдвинул и обосновал следующие применяемые к термину требования: краткость, однозначность, мотивированность, простота, согласование с другими имеющимися в терминосистеме терминами, т.е. системность, предпочтение уже внедренным и русским терминам перед новыми и иностранными.
Особый интерес и значение имеют мысли Д.С. Лотте о системности терминологии как отражении системности науки, его работы по образованию научных терминов и об условиях их заимствования.
При создании лингвистических терминов используются те же способы, что и при создании других терминов и вообще новых слов. Это - разные типы аффиксальных образований, сложных и сокращенных слов, словосочетаний и акронимов (“алломорф”, “аллофон”, “прагматикон”, “ФСП”); изменение значений уже существующих терминов (“код”, “валентность”, “парадигма”); заимствование терминов из другого языка (“импликатура”, “фрейм”).
Чтобы правильно построить новый термин, надо определить его обоснованность. Для этого исследователь должен отчетливо представлять себе содержание самого понятия, научную идею, для которой оно необходимо, его место среди других в классификационной схеме. Последнее важно, ибо четкая классификационная схема позволяет отличить необходимые и существенные признаки от случайных, т.е. установить общие признаки, связывающие это понятие с другими понятиями того же класса, и признаки, его отличающие.
Большое значение при этом имеет мотивированность термина, тесно связанная с его системностью. Под мотивированностью понимается соотнесенность термина с другими терминами той же системы или со словами общего языка. Эта внутренняя форма термина определяется и в сопоставлении его с распространенными в данной терминосистеме морфемами, и с лексикой языка в целом.
 Вопрос о заимствовании терминов всегда является актуальным в практике терминологической работы. Стихийные заимствования здесь могут быть очень вредными, так как нарушают установившуюся систему понятий. При заимствовании чужого термина Д.С. Лотте рекомендует учитывать: 1) насколько звукосочетания в данном слове соответствуют общепринятым сочетаниям родного языка; 2) насколько морфологическая его структура гармонирует со строем принимающего языка; 3) имеются ли у рассматриваемого слова производные, которые также могут быть заимствованы; 4) как взаимодействует заимствованное слово со всей системой принимающего языка, т.е. есть ли у него синонимы, антонимы, слова того же корня.
Под буквальными заимствованиями понимают случаи, когда слово заимствуется целиком с мелкими фонетическими изменениями, обусловленными различиями фонетических систем двух языков. Это - самый простой и нетворческий вид заимствования. От таких заимствований следует отличать случаи, когда термины составлены из иноязычных элементов, но из элементов (обычно латинских или греческих), которые в качестве самостоятельных слов тех языках не существовали, например: “макроконтекст”, “метатекст”. К числу заимствований относят также буквальные переводы  - кальки. В момент заимствования какого-либо термина из иностранного языка значения вновь созданного слова и прототипа могут полностью совпадать, но в дальнейшем такой термин может подвергнуться всем тем изменениям, которые происходят с терминами любого происхождения, бытующими в языке. 
4. Советы начинающим
У начинающих исследователей неустойчивость терминологии  возникает не только потому, что им кажется, что чем сложнее, тем научнее, но нередко и потому, что в процессе работы молодой ученый совершенствует и уточняет термины, но, когда работа закончена, забывает о необходимости унификации. Во избежание употребления разных терминов для одного и того же концепта или незаметного для самого автора переосмысления терминов следует фиксировать избранные термины на специальном листе или еще лучше в картотеке и там же записывать их определения. Последние будут по ходу работы уточняться. Этот материал нужно всегда иметь перед глазами. Он станет для исследователя персональным глоссарием и в дальнейшем будет пополняться.
Большую положительную роль в стабилизации терминологии сыграли “Словарь лингвистических терминов” О.С. Ахмановой и “Словарь лингвистических терминов” Д. Розенталя. Но они были опубликованы более 30 лет тому назад и теперь, естественно, устарели. Многих современных терминов в них нет. Пользоваться ими можно, но приходится вносить некоторые коррективы. Серьезным их недостатком является то, что в них не указаны расхождения в терминологии разных школ. В библиотеках больших городов можно пользоваться и зарубежными словарями лингвистической терминологии, но и в них обычно указывается терминология только одной школы, той, к которой принадлежит составитель словаря.
Корректному сознательному применению или созданию терминов может значительно помочь обращение к большим толковым словарям. Разумеется, в отборе и преобразовании терминов каждый автор основывается в первую очередь на прочитанной специальной литературе, но и толковые словари - русские и иностранные - могут оказаться очень полезными. Например, “Большой Оксфордский словарь” и четыре тома дополнений к нему, полное несокращенное издание словаря “Рендом Хаус” и все словари Барнхарта. Обращение лингвистов-теоретиков к словарям этого типа следует признать полезным по ряду соображений: дефиниции, которые они дают, хорошо отработаны, отличаются точностью и краткостью и могут служить образцом для собственных дефиниций начинающего ученого. Указанные словари включают многие термины современных теорий, касающиеся разных отраслей знания, с пояснением их значений на примерах. Эти сведения позволяют глубже проникнуть в семантические возможности слова, сопоставить его нетерминологические, а иногда и этимологические значения. Цепь ассоциаций, которая связана с возникновением в слове новых значений, иногда помогает проследить ход человеческой мысли в постижении мира. Все это очень важно для сознательного пользования словом на этапе, когда исследователь определяет основные понятия и термины, которыми собирается пользоваться.
Научный уровень работы количественного измерения не имеет, и все же надо помнить, что два-три неудачно выбранных термина могут его сильно снизить. 

Контрольные вопросы:
1.	Что такое метаязык?
2.	Что такое понятие?
3.	Что понимается под термином?
4.	Какие лингвистические словари знаете?

Ключевые понятия:
1.	Метатекст – всякий текст, дополняющий и сопровождающий основной текст (например, библиография, указатели).
2.	Метаязык – специальный понятийно-терминологический язык научной литературы, используемый для описания другого языка или другой семиотической системы.
3.	Термин – слово или словосочетание, выражающее понятия, специфичные для какой-нибудь отрасли знания, производства или культуры.
4.	Терминология – наука о терминах.

9 - лекция
Основные приемы работы с научной литературой.
План:
1.	Ознакомление с теоретической литературой.
2.	Особенности конспектирования.
3.	Значение оглавления в книгах.
4.	Предметные указатели.
Литература:
1.	Арнольд И.В. Основы научных исследований в лингвистике. – М., Высшая школа.  1991, с. 123-125.
2.	Гецов Г. Рациональные приёмы работы с книгой. – М. Книга. 1975, с. 6-17.

 1. Ознакомление с теоретической литературой. 
Сбор и накопление научной информации происходит с помощью книг, статей в периодической печати и в сборниках научных трудов, авторефератов, тезисов конференций и слушания докладов и публичных лекций.
В потоке информации, который обрушивается на каждого, кто занимается научной работой, надо отобрать нужное и в сжатом виде фиксировать необходимый материал в конспектах, выписках, картотеках.
Единой оптимальной системы фиксирования получаемых научных данных рекомендовать нельзя. Каждый вырабатывает ее для себя в соответствии со своими условиями работы. 
В принципе наиболее эффективной системой для записи и хранения рабочей научной информации является система карточек или небольших листков, поскольку их удобно перекомпановывать, по-разному классифицировать, дополнять и т. д. Многие, однако, предпочитают делать записи в общих тетрадях, по-разному выделяя в тексте те или иные темы, отделяя выписки от записи своих соображений цветными карандашами или другими знаками. При этом в одной общей тетради записывается все необходимое подряд, а по заполнении общей тетради начинают новую и ориентируются в содержании по датам. (Примерно так: “Книгу Ю.Н. Караулова я читала незадолго до Нового года, значит, надо искать в декабрьских записях”.) Такой метод представляется малорациональным. Удобнее иметь несколько тетрадей разного назначения: для выписок, для записи своих соображений, для библиографии и т.д. Тогда те же поиски мнения Ю.Н. Караулова будут звучать так: “Где тетрадка с красной обложкой? Там все выписки”. Отыскать нужное не так трудно, но для включения в текст работы надо каждый раз все переписывать. В этом смысле удобнее выписки на отдельных листках.
В папках с выписками легко организовать порядок при помощи скрепок или прозрачных папок. Для того чтобы можно было вносить дополнения и исправления, важно оставлять широкие поля, на которых удобно также делать библиографические пометы, чтобы можно было их легко отыскать. Название и выходные данные надо давать полностью в соответствии с принятыми стандартами. Например: Будагов РА. О работах Р. Якобсона по общему языкознанию и поэтике // Вестник МГУ. Филология.—1985.—№ 5.—С. 47—57. Следует настоятельно рекомендовать при этом соблюдать все установленные стандартом разделительные знаки: тирс, косые черты одинарные и двойные, знаки препинания и прочее, так как отсутствие такой привычки ведет к многочисленным опискам и трудоемкому их исправлению. Особенно трудно бывает восстановить в дальнейшем, когда книги под рукой уже нет, количество страниц.
Содержание теоретической литературы фиксируется в конспектах или выписках. Степень переработки чужого текста при этом может быть очень различна. Записывать своими словами хотя бы часть очень полезно, так как при такой переработке информация полнее понимается и лучше запоминается. Но это требует некоторого умственного усилия, и многие утверждают, что у них это не получается.
При дословном записывании очень важно отмечать цитаты кавычками, а пропуски точками, иначе в дальнейшем можно невольно совершить плагиат, приводя чужие слова без кавычек. Все цитаты тщательно выверяются.
Во многих библиотеках практикуется ксерокопирование. Иметь ксерокопии особенно нужных частей прочитанного очень удобно.
При конспектировании записывают и собственные мысли по поводу прочитанного. Это очень пригодится в дальнейшем. Свои соображения следует как-то выделять: либо квадратными скобками, либо на полях, либо в виде сносок внизу страницы, либо на обороте страницы.
Делать пометки на полях книг, особенно чужих или библиотечных, нельзя. Максимум, что можно себе позволить,  -  это точки на полях книги в особо важных для Вас местах, с тем чтобы ориентироваться по ним при повторном прочтении; затем следует их стереть.
Сбор информации по теме надо привыкать сочетать с анализом прочитанного, приучая себя к критическому и творческому восприятию. Сначала это получается с трудом, но постепенно входит в привычку.
Далеко не все книги требуют прочтения полностью, и многое надо читать, как говорят, по диагонали. Очень полезно познакомиться с методами быстрого чтения. При обычном беглом просмотре тоже существуют некоторые возможности оптимизации этого процесса. Особое внимание обращают на предисловие, введение, оглавление и заключение. Ориентируясь по ним и предметным указателям, каждый может найти то, что особенно важно для его темы.

Некоторые практические советы
Предварительный просмотр книги — это по существу первоначальное знакомство с ее содержанием. Этот этап важен хотя бы потому, что иногда чтение и ограничивается первоначальным ознакомлением. На этом этапе вы и расстанетесь с книгой до новых встреч с ней.
Предварительный просмотр книги может быть разным: ознакомление с аннотацией, введением (предисловием), оглавлением, с отдельными выводами, иногда чтение “первых попавшихся” абзацев книги, иногда некоторых разделов…
При ознакомлении с книгой и перелистывании ее ваше внимание привлекут некоторые места книги, которые впоследствии будут вами изучены подробно. Но нельзя доверять памяти такие находки. Всегда стараются как-то заприметить нужное, даже случайно вдруг найденное. Пожалуй, особенно настойчиво надо отмечать именно такие места: ведь однажды обнаруженное не так легко может быть найдено вновь, когда появится необходимость.
Умелая организация первой встречи с книгой - дело серьезное. Поэтому можно посоветовать, чтобы в процессе знакомства на книгу была заполнена библиографическая карточка с такими читательскими пометками на ней: 1) о чем говорится в книге (с точки зрения ваших к ней требований и запросов); 2) оценка книги в смысле возможности ее использования в дальнейшем. Тут особую, неоценимую роль может сыграть правильное использование ряда приемов работы с вашим рабочим каталогом.
Предварительный просмотр позволяет, кроме ознакомления с фактическим материалом, понять принцип и особенности построение книги. Многие из книг имеют справочный и другой подсобный материал, который раскрывает содержание, позволяет ориентироваться в книге не только в процессе чтения, но еще и до него. Этот подсобный аппарат, в частности, дает иной раз возможность быстро понять, о чем идет речь в книге, чтобы вовремя отказаться от ее чтения или запланировать чтение книги в будущем.
Оглавление очень полезно — оно сразу же четко ориентирует читателя в большом и сложном материале тома. Стоит заглянуть в оглавление, как книга раскрывается, словно цветок под лучами солнца.
Облегчают читателю поиск нужного материала алфавитно-предметные указатели, которые могут не только “называть”, перечислять предметы, термины, но и характеризовать их. Некоторые книги снабжаются не одним, а несколькими алфавитными указателями. О таких указателях, данных в книге “Крылатые слова” (М., Гослитиздат, 1955), вот что сказали ее составители Н. С. Ашукин и М. Г. Ашукина:
Алфавитный указатель должен помочь читателю найти нужное ему выражение, если он не помнит, с какого слова оно начинается. Например, если требуется найти выражение “Слова и иллюзии гибнут, факты остаются”, следует найти в указателе одно из слов, входящих в состав его,— “иллюзии”, “факты”, “гибнут”; там обозначено, под какой буквой и под каким номером данное выражение помещено в книге; так же отыскивается выражение “Египетская тьма”, помещенное в книге под буквой “Е”, но часто встречающееся в форме “Тьма египетская”, и т. д.
Кроме того, книга снабжена алфавитным указателем имен авторов крылатых слов.
Авторы пособия “Литературное редактирование” (изд. 2-е. М., “Искусство”, 1961) в конце книги поместили интересный словарь-указатель. О нем в самой книге написано так:
“...Словарь-указатель включает в себя далеко не все слова, упомянутые в книге. Он составлен из слов, которые обычно вызывают сомнения, а также слов, которые могут служить ориентирами для ответа на теоретический вопрос, связанный с согласованием, управлением и т. д. Кроме того, в словарь-указатель включены некоторые понятия, объединяющие ту или иную группу слов (например, “фамилии”...) Указаны в словаре-указателе и несколько суффиксов. Редакция надеется, что подобный указатель улучшит условия пользования книгой”...
Улучшит, да еще как! Такой указатель в книге делает ее ценным пособием, настольной книгой читателя. Указатель как бы предугадывает возможные вопросы читателя и отсылает к той странице книги, где можно получить ответ.
Листая книгу, опытный читатель не оставит без внимания и список опечаток, помещенный в книге,— он тотчас же перенесет исправления на ее страницы.
Перелистывая взятые наугад книги, мы хотели обратить внимание читателей на поисковый и информационный аппарат, который всегда надо “обнаруживать” в книгах и активно использовать его.
Читая библиотечную книгу, они вынуждены работать менее рационально, не используя полезные приемы, чтобы не вредить книге.
Однако и библиотечную, и самую ценную свою книгу можно смело читать, не прикасаясь к ней карандашом, но одновременно умещая “на ее страницах” большие по размеру записи (при обычном записывании на полях такой возможности у читателя нет).
Целый ряд других серьезных преимуществ позволяет нам рекомендовать овладеть приемом “вкладных листков”. При использовании этого приема можно “делать пометки” в любых самых ценных личных и библиотечных книгах, журналах, а порою “производить выписки”... не записывая и строчки. Работая так, можно облегчить и ускорить труд, сэкономить время.
Сущность приема в том, что все пометки и записи читатель ведет на вкладываемых в книгу чистых листках.  При чтении вы закрываете соседнюю страницу чистым листком бумаги вровень с нижним краем книги или с нижней строкой страницы, причем последнее в некоторых случаях более целесообразно. Это объясняется тем, что многие библиотечные книги переплетаются и при этом несколько подрезаются по формату, и при выравнивании вкладных листков по нижней линии обреза отчеркнутые строки в библиотечной книге могут не совпасть с нужными строчками, например, в книге личной. Когда захотите сделать отметку — отчеркните нужные фразы на вкладном листке, ближе к тексту (полезно при этом, чтобы не портить книгу, подкладывать под листок плотную бумагу). Позже, приложив листок (разумеется, на нем нужно будет поставить номер страницы) к тексту, без труда прочтете или спишете из книги любой отрывок текста. Иногда таким путем нужно “записать” часть фразы. Для этого на вкладном листке подле отчеркиваний записывают начальные и конечные слова, разделив их многоточием.
Вкладные листки, давая точный адрес цитат или отсылая личный комментарий к нужному месту текста источника, позволяют это делать весьма экономно и точно (лишь с помощью черточки), не требуя даже общепринятого в таких случаях указания номеров абзацев (“снизу”, “сверху”) и подсчета строчек. Более того, вкладной листок может отсылать читателя даже к частям строк текста, а то и к отдельному слову.
Если читатель делает мало заметок на вкладном листке, можно использовать одну его сторону для пометок к двум смежным страницам книги. Иногда так поступают специально, чтобы не разрывать единой мысли, приведенной на двух страницах. Читатель, желающий полнее использовать обороты листков, сможет на одном листке сделать комментарии и отметки сразу к четырем страницам книги. Тогда будет экономнее расходоваться бумага. В этом случае делят листки пополам вертикальной чертой или хотя бы складывают: изгиб покажет границу, за которую не должны переходить записи, относящиеся к левой и правой страницам книги. Для экономии бумаги вместо листков можно использовать полоски. И, конечно, не надо заранее запасать листки ко всей книге.
Листки нумеруют в соответствии с нумерацией тех страниц, на которых нужно было сделать отчеркивания или которые необходимо было сопроводить, не прикасаясь карандашом к книге, комментариям.
Вкладные листки позволяют упростить сбор данных из книг (журналов), вести параллельные и сопоставительные записи при работе с несколькими источниками. С помощью этих листков можно, читая книгу, подбирать дополнительный материал из других книг и статей. Тогда к основной изучаемой книге даются на листках дополнения, примечания, как взятые из других источников, так и свои собственные. Получается тематическая запись, причем резко экономится время, так как текст основного источника с помощью вкладных листков будет неотступно сопровождать конспект, а в своей записи вы почти не повторите строк из книги.
Вслед за тем идет объединение вкладных листков по темам и другая необходимая классификация.
Помощь при работе в библиотеке
Вкладные листки помогут читателю связать работу дома и в общественной библиотеке. Они выведут из обычных тут затруднений. Вот, скажем, вы работали с литературой дома. Книги свои, делали надписи в них, подчеркивали. Но вам понадобилось зайти в библиотеку. Без своих книг, имеющих необходимые отметки, трудно будет работать в читальном зале. А как внести в библиотеку личные книги? Это же строжайше запрещено. Но если вы пользуетесь дома описанным приемом работы, то, взяв с собой вкладные листки, вы как бы “проникнете” в библиотеку со своими книгами, и ваша работа с чужой книгой будет так же плодотворна, как и со своей собственной. Или, встретив в библиотеке нужную книгу, вы читаете ее, делая пометки на вкладных листках. Дома вы сможете перенести пометки с листков на страницы своей, личной книги тем самым запечатлев в ней библиотечный этап работы.
Учет сделанного
Во время проработки книги опытный читатель отмечает в ней те места, которые ему предельно ясны и возвращаться к которым, быть может, вовсе не стоит. Такой читатель осознает, что полезно четко разделить материал на освоенный и неосвоенный, на знакомый и незнакомый.
Здесь уместно вспомнить сказанное когда-то В. Маяковским: “Ухожу от сделанного”. При работе с книгой надо твердо усвоить, что всем работающим с книгой—от школьника до профессора—нужен учет пройденного и намеченного к проработке. Решаете ли вы школьные задачи по математике или проводите научную работу, учет необходим всегда: в большинстве случаев книгу читаете не подряд, делаете остановки, неоднократно возвращаетесь к ней вновь.
У номера решенной задачи учащийся ставит крестик, но как провести более серьезный учет разнообразной своей работы? Как выделять пройденное, отмечать особо важное, наконец, планировать дальнейшую работу, ее тактику? Во всем этом вам большую помощь окажет ваш рабочий каталог. Сейчас же несколько слов скажем о табличном учете.
Для регистрации и учета проработки книг полезно использовать таблицы чисел. На обычном машинописном листке размещается 500 порядковых номеров. Можно воспользоваться сетками чисел суперпозиционных (просветных) перфокарт, наконец, таблицами, напечатанными на стандартных библиографических карточках, на которых умещается до 600 номеров страниц. Таблицы на библиографических карточках используют для учета чтения книг в рабочем каталоге. В бланке-таблице на книгу отмечают номера проработанных страниц. Номера зачеркивают, заключают в кружки и квадратики, подчеркивают, помечают разным цветами. Вся эта гамма меток позволяет кратко и быстро вести разнообразную регистрацию работы и учет чтения книг. На самом бланке все пометки можно разъяснить: кружок, скажем, означает, что эту страницу более  читать не следует, подчеркнутый номер—что данная страница содержит особо нужный материал и т. д.  
Если к тому же на бланке вы пометите, с какой целью читалась в данный момент книга, то возвратившись к ней позже, вы всегда сможете сориентироваться, что именно вами уже было прочитано и какая работа над книгой вам еще предстоит.

Контрольные вопросы:
1.	Как осуществляется конспектирование?
2.	Какое значение имеют оглавление и предметные указатели в книгах?
3.	Какие полезные приемы работы с книгой вам известны?
4.	Как создается картотека?
Ключевые понятия:
1.	Картотека – систематизированный сбор карточек.
2.	Конспектирование – фиксирование и записывание содержания прочитанной теоретической литературы.
3.	Оглавление – перечисление названий разделов с указанием страниц.
4.	Предметный указатель – указатель–список основных терминов и понятий с указанием страниц, в которых они встречаются.

10-лекция
Библиографический аппарат
План:
1.	Роль библиографии в научной работе.
2.	Библиографический аппарат в научных исследованиях.
3.	Библиографическое описание разных научных жанров.
4.	Композиция библиографии. Порядок описания.
Литература:
1.	Арнольд И.В. Основы научных исследований в лингвистике. – М., 1991. С. 126 – 131.
2.	Бельчиков Н.Ф. Пути и навыки литературоведческого труда. – М., Высшая школа. 1975, с. 101 - 103
     
Библиография должна охватывать возможно больший временной диапазон и показывать не только эрудицию пишущего и его приоритет, но и, что гораздо важнее, участие других в разработке темы. Важную роль при этом играет знание общей истории науки и особенно истории отечественного языковедения. Будущий филолог должен знать имена и труды КС. Аксакова, И.А. Бодуэна де Куртенэ, Ф.И. Буслаева, В.В. Виноградова, Н.Н. Дурново, М.В. Ломоносова, А.М. Пешковского, ЕД. Поливанова, А.А. Потебни, Ф.Ф. Фортунатова, А.А. Шахматова, Л.В. Щербы и других (список дан в алфавитном порядке и далеко неполон).
Роль библиографии в научной работе важна и многообразна. Она является не только отражением научной осведомленности и добросовестности автора, но также и отражением “совокупного знания” о предмете и о его связях с другими явлениями. Она нужна для ориентировки читателя, который будет заниматься близкими вопросами. Образно выражаясь, библиография - это мост между прошлым и будущим науки.
Собирание литературы - важная часть исследования и, вероятно, останется таковой даже тогда, когда машинный поиск информации значительно облегчит эту работу и отдельным ученым уже не надо будет “прочесывать” такое множество справочно-библиографических изданий и каталогов, как теперь.
Рост числа научных кадров и научных учреждений, интенсификация труда и стремительное увеличение количества публикаций привели к лавинообразному росту специальной литературы, что  создает  информационный     шум      и затрудняет нахождение и отбор действительно полезного. От успеха этого поиска зависит очень многое, поскольку индивидуальное знание включается в систему науки и становится общим достоянием только через разные формы публикаций (доклады, статьи, монографии и т.п.).
Библиография, сопровождающая научное исследование, заслуживает положительной оценки, если она целенаправленна, широка по временному и географическому диапазону, не пропускает существенных работ (т.е. обладает достаточной полнотой), включает работы на разных языках и правильно оформлена. Упоминание работ на разных языках и знакомство с ними очень существенно. К сожалению, часто те, кто изучают, например, английский язык, включают в библиографию только узбекские и англоязычные работы, забывая о том, что его тема может быть уже освещена в трудах на французском языке. Филолог должен быть полиглотом.
Требования к оформлению библиографии в настоящее время очень жесткие и различны для разных изданий. Тенденция к их стандартизации достаточно сильна, но существует несколько стандартов, и они меняются. В зависимости от того, куда должна быть представлена работа, пишущий должен обязательно знакомиться с соответствующими требованиями, будь то требования редакции журнала (их обычно публикуют на последней странице), издательства, редакции сборника или факультета. В связи с тем, что автор не всегда заранее знаком с соответствующими требованиями, а они несколько отличаются по полноте (например, не везде требуется указывать название издательства или количество страниц в книге), полезно с самого начала вести для себя библиографию самого полного вида. Надо указывать не только страницы, с которых взяты цитаты, но и общее количество страниц в книге, название и место издательства и в случае перевода записывать, с какого языка он сделан.
В последнее время для библиографии в диссертационных работах и в библиотечных каталогах введены новые и довольно сложные стандарты библиографических описаний. Схемы, принятые в журналах и сборниках, несколько проще, но ниже будет дано представление об основном стандарте. Его полезно твердо усвоить и набить себе руку, чтобы в дальнейшем не пришлось вносить бесконечные мелкие поправки в уже готовые работы.
Библиографическое описание изданий по существующему сейчас стандарту состоит из элементов, объединенных в области, и заголовка. Области и элементы приводят в установленной последовательности. Каждой области и элементу предшествуют условные разделительные знаки, в качестве которых выступают знаки препинания. Каждая область отделяется точкой и тире (. - ). Элементы описания делятся на обязательные и факультативные. Набор факультативных элементов определяет учреждение, в котором составляется описание. Библиографическое описание может быть составлено под заголовком: индивидуальным (имена авторов) или коллективным (учреждения) или же под заглавием.
Обратимся сначала к библиографическому описанию книг, а затем перейдем к описанию статей в сборниках и журналах и к авторефератам.
Порядок таков:
1. “Заголовок описания” содержит имя автора или авторов и его или их инициалы. В библиографии инициалы ставятся после фамилии, а в тексте - перед фамилией. В случае, если авторов больше трех, можно указать первую фамилию, далее писать “и др.”. Фамилии авторов даются курсивом. Например: Пиотровский Р.Г. и др.
2. “Область заглавия и сведений об ответственности” отделяется от “заголовка” точкой и включает название книги, поясняющие его сведения и факультативно указание лиц и учреждений, участвовавших в создании книги. Например: Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. - М.: Наука, 1987. - 262 с. Или: Бенвенист Э. Общая лингвистика / Пер. с фр. Ю.Н. Караулова и др.; Под  ред. и с вступ. ст. Ю.С. Степанова. - М.: Прогресс, 1974. - 445 с. Как видно из последнего примера, сведения об ответственности, которые здесь приведены, разделены на две части - первые и последующие - и разделены точкой с запятой.
3. “Область издания” содержит сведения о том, чем отличается данное издание от предыдущих. Например: Степанов Ю.С. Основы общего языкознания. - 2-е изд., перераб. - М.: Просвещение, 1975. - 277 с.
4. “Область выходных данных” содержит сведения о том, где, в каком году и каким издательством опубликована книга. Как видно из приведенных выше примеров, после названия города ставится двоеточие и название издательства без кавычек, запятая отделяет год (только цифра и точка). Москва, Ленинград, а в зарубежных изданиях Лондон, как правило, сокращаются до первой буквы. Остальные города пишутся полностью. Санкт-Петербург сокращается СПб.
5. “Область количественной характеристики” включает сведения о числе страниц и иллюстративном материале. 
6. “Область примечания” необязательна. Это могут быть указания о наличии библиографии или какая-нибудь другая дополнительная информация о книге.
Ниже приводится та же схема в сокращенном виде для того, чтобы сделать нагляднее нужные знаки препинания, так называемые разделительные знаки:
Заголовок описания. Основное заглавие = Параллельное заглавие: Сведения, относящиеся к заглавию / Первые сведения об ответственности; Последующие сведения. - Область издания. - Место издания: Издательство или издающая организация, Дата издания. - Область количественной характеристики. - Область примечания.
Библиографическое описание журнальных статей, статей в сборниках и авторефератов имеет свою специфику и называется аналитическим описанием. Ниже приводятся соответствующие примеры.
С т а т ь я   в   ж у р н а л е: Швейцер А.Д. Советская теория перевода за 70 лет // Вопр. языкознания. - 1987. - № 2. - С. 9 - 17.
С т а т ь я   в   с б о р н и к е: Буковская М.В. Текстообразующие функции афоризмов в художественном произведении // Межуровневая организация текста в естественном языке: Сб. науч. тр. /Челяб. гос. пед. ин-т. - Челябинск, 1987. - С. 31 - 37.
С т а т ь я   в   с б о р н и к е   т р у д о в   т о г о   ж е   а в т о р а: Бахтин М.М. Проблема речевых жанров, проблема текста в лингвистике, филологии и других гуманитарных науках: Опыт философского анализа // Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. - М.: Искусство, 1979. - С. 237 - 297.
А в т о р е ф е р а т: Мальцева О.А.  Лингвостилистические особенности словесного художественного портрета в современном английском романе (на материале произведений Джона Фаулза): Автореф: дис... канд. филол. наук: 10.02.04. - Л., 1986. -     16 с.
С б о р н и к: Стихи о музыке. Русские, советские, зарубежные поэты: Сборник / Сост. А. Бирюкова, В. Татаринов. - М.: Сов. композитор, 1982. - 224 с.
Все сокращения даются по соответствующему стандарту. Для названия источников, из которых приводятся примеры, автор вырабатывает сокращения сам и дает их общим списком в конце работы.
В тех случаях, когда библиографические ссылки делаются внутри текста или внизу страницы, надо также соблюдать определенные правила: при повторных ссылках приводят только имя автора, заглавие и страницу; если заглавие очень длинное, его можно сократить и поставить многоточие. Если делают несколько ссылок на одну и ту же книгу подряд, то пишут: “Там же” (“Ibid”) и указывают страницы.
В повторных ссылках только на одну работу данного автора основное заглавие опускается и заменяется словами “Указ. соч.” или “Цит. соч.” (“Ор. сit.”). Например: Вольф Е.М. Функциональная семантика оценки. - М.: Наука, 1985. - 228 с. - С. 53. заменяется при дальнейшем цитировании на: Вольф Е.М., Указ. соч. - С. 150.
В тех случаях, когда ссылка дается внизу страницы, а не в общем библиографическом списке, ее полезно вводить словами, показывающими Ваше отношение к высказыванию, о котором идет речь. Например: Другая точка зрения, прямо противоположная нашей, высказана в работе... или Подробнее об этом см. ..., или Мы имеем в виду его основополагающую работу... . Может случиться, что после последнего издания книги, на которое Вы ссылаетесь, прошло много лет; библиографическими стандартами это не отмечается, но этим следует поинтересоваться и отметить эти данные в тексте.
В библиографический список в конце диссертации или дипломной работы включаются, как правило, только те публикации, которые упоминаются (но необязательно цитируются или обсуждаются) в основном тексте работы. Включать в библиографию работы, которые знакомы только с чужих слов, не принято. Каждое такое включение требует специальной оговорки с указанием источника.
В курсовых, квалификационных и диссертационных работах принято делать ссылки на использованную литературу в сносках внизу страницы, а затем сводить их в общий алфавитный список в конце работы. В текстах диссертаций, напротив, в целях экономии места, ссылки на литературу даются внутри текста. Существуют два варианта оформления внутритекстовых ссылок: 1) в круглых скобках указывается фамилия автора (без инициалов) и через запятую год издания цитируемой работы (фамилия и год даются курсивом); если указывается страница, то она дается через двоеточие и прямым шрифтом, напр.: (Бодуэн де Куртенэ, 1963 : 127); 2) в квадратных скобках указывается порядковый номер, под которым работа данного автора включена в общий список литературы в конце работы, и через точку с запятой указывается цитируемая страница, напр.: [160; 27]. Предпочтительнее первый вариант: во-первых, потому, что читателю всегда важно знать, кто именно так думает, на кого делается ссылка, а отыскивание каждый раз соответствующей фамилии в списке отнимает много времени и разбивает восприятие; во-вторых, нумерация в общем списке может по ходу работы меняться, а это может быть источником путаницы.
Подробную библиографию надо вести с самого начала и продолжать ее потом всю жизнь. Вести ее надо на карточках. Это позволяет делать в дальнейшем необходимые перестановки. Поскольку первое упоминание о, по-видимому, нужной книге может быть найдено в какой-нибудь другой книге, каталоге или указателе, некоторые рекомендуют делить картотеку на две части - прочитанное и то, что нужно прочесть. На карточках, составленных по книге, которую Вы видели, хотя может быть еще и не прочли, ставят пометку de visu (по виденному). В своей рабочей картотеке полезно указывать библиотеку, где Вы видели книгу, и ее шифр. На этих же карточках можно помечать, кто на эту книгу ссылается, а также почему она представляет интерес для Вашей работы. Приведем пример: книга Б.А. Успенского называется “Поэтика композиции”, но в ней много интересного материала и для тех, кто занимается совсем другой областью знания, а именно материал об антропонимах - личных именах собственных. Поэтому тот, кто занимается антропонимами, включает ее в свою картотеку с соответствующей пометкой. Такая карточка может служить и самой краткой формой конспекта, так как позволяет пометить, какие важные для Вас темы здесь затронуты.
Часто кажется, что, записывая не все данные книги, мы экономим время. На самом деле - как раз наоборот. В дальнейшем часто оказывается так, что для включения книги в окончательную библиографию надо из-за какой-нибудь одной цифры, например количества страниц, снова ехать в библиотеку, а книга может оказаться выданной или, еще хуже, утраченной, или Вы читали ее в Ленинграде, а в библиотеке города, где Вы живете, ее нет.
Относительно композиции библиографии надо помнить, что первыми в списке помещаются работы узбекских и русских авторов, потом работы на иностранных языках (в том числе и изданные в нашей стране). Словари даются отдельным списком, отдельный список делается и для источников примеров и их условных сокращений.
Выше уже говорилось о том, что в обзор литературы, а следовательно и в библиографию, полезно включать работы не только на изучаемом языке, но и на других языках, если автор в состоянии с ними ознакомиться (а филолог обязательно должен читать на нескольких языках). Здесь уместно сделать одно предостережение - важно очень внимательно относиться к диакритическим знакам во французском, польском, чешском и в некоторых других языках, где они имеются. Подобные опечатки производят очень неприятное впечатление на компетентного читателя.
Контрольные вопросы:
1.	Какова роль библиографии в научной работе?
2.	Как осуществляется библиографическое описание разных научных жанров?
3.	Какова композиция библиографии?
Ключевые понятия:
1.	Библиография – список использованной научной литературы.
2.	Научный жанр – разновидность публикации.
3.	Заголовок – название или наименование публикации и/или издания.
4.	Выходные данные – сведения о месте и времени издания и об издательстве.

Список использованной и рекомендуемой литературы
1.	Апресян Ю. Д. Идеи и методы современной структурной лингвистики. М., Просвещение. 1966. 302 с.
2.	Арнольд И.В. Основы научных исследований в лингвистике. – М., Высшая школа.  1991. 140 с.
3.	Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. - М., Советская энциклопедия. 1969. 607 с.
4.	Беляева Л.Н. Применение ЭВМ в лингвистических исследованиях и лингводидактике. – Л., Просвещение. 1986. 141 с.
5.	Бельчиков Н.Ф. Пути и навыки литературоведческого труда. – М., Высшая школа. 1975. 238 с.
6.	Богданов А. Н., Юдкевич Л. Г.  Методика литературоведческого анализа. -М., Просвещение. 1960. 190 с.
7.	Гецов Г. Рациональные приёмы работы с книгой. – М. Книга. 1975. с
8.	Гинзбург Р.С. Основы лексикологического исследования. – М., 1978.
9.	Логика и методология научного поиска. – М., 1986.
10.	Лотте Д. С. Основы построения научно-технической терминологии. – М., Наука. 1969. 190 с.
11.	Методы сопоставительного изучения языков. - М., Наука. 1988. 95 с.
12.	Мухин А. М. Лингвистический анализ. Теоретические и методологические проблемы. – Л., Наука. 1976. 282 с. 
13.	Основы компонентного анализа. Учебное пособие. – М., Просвещение. 1969. 139 с.
14.	Принципы описания языков мира. М., Наука. 1976. (Сб. статей. Под ред. Ярцевой В. Н.). 343 с.
15.	Розенталь Д. Э., Теленкова М. А. Словарь-справочник лингвистических терминов.- М., Просвещение. 1976. 543 с.
16.	Содиков А. и др. Тилшуносликка кириш. – Т., Ўк,итувчи. 1981. 241 б.
17.	Соотношение частнонаучных методов и методологии в филологической науке. – М., 1986.
18.	Степанов Ю. С. Методы и принципы современной лингвистики. – М., 1975.
19.	Степанова М. Д. Теория валентности и валентностный анализ. – М., 1973.
20.	Кудратов Т., Нафасов Т. Лингвистик тах,лил.- Т., Ўк,итувчи. 1981. 184 б.